Страстный враг

Кривая улыбка исказила смуглое лицо Фарида, а с губ сорвалось:

– Я не ищу облегчения для себя. Мало того – я знаю, оно не придет ко мне. Не в этом мире.

Ахмад хотел еще что-то сказать, но Али схватил его за плечо и подтянул к себе. Когда Фарид пошел дальше, Али обратился к пареньку:

– Осторожнее, Ахмад. Фарид сейчас, как пороховая бочка.

– А когда он не был таким? – Ахмад, сбрасывая руку, повел плечом.

– И все-таки, эти два дня он стал еще яростнее. Не попадайся под его горячую руку.

Ахмад хотел сказать в ответ, что его не пугает подобная участь (что, безусловно, было бравадой для парня, потому как ему еще ни разу не перепадало по-серьезному от старшего брата), однако голос Фарида привлек его внимание.

Ахмад помчался в сторону капитанской каюты. Когда он достиг цели, то увидел распахнутую дверь и Фарида, склонившегося над женским телом, прикрытым алым атласом.

– Принеси мне воды, а еще – прихвати остатки завтрака, и пусть там будет обязательно виноград.

Ахмад застыл на месте.

Он никак не мог отвести взор от бледного лица Изабель, а еще – от её прекрасной груди, которая отчетливо проглядывалась под батистом мужской рубахи. Фарид обернулся и резко бросил:

– Чего встал? Выполняй приказ!

Ахмад, вздрогнув, убежал.

Когда тот, спустя несколько минут, вернулся с кувшином воды и подносом, на который была навалена еда, Фарид, поблагодарив брата, отправил того драить палубу. А сам капитан принялся приводить в чувства свою пленницу. Легкое похлопывание по щекам не возымело никакого действия.

Тогда капитан, надкусив виноградину, приподнял голову Изабель, и, приложив к её полуоткрытому рту ягоду, начал выдавливать из неё сок.

Прошло около минуты, прежде чем старания Фарида были вознаграждены. Черные ресницы девушки задрожали, и она, в который раз за этот день, распахнула глаза. Сглотнув, Изабель ощутила свежую, долгожданную сладость, растекающуюся по её горлу. Как же вкусно! Стон сорвался с губ герцогини, и Фарид довольно заулыбался. Он помог пленнице сесть, а потом произнес:

– Сегодня я не сдержал свое обещание, и все-таки накормил тебя с руки.

Изабель стыдливо опустила взор вниз.

– Птичка, нет ничего греховного, чтобы просто поесть, – удивляя девушку, довольно ласково обратился к ней Фарид. Герцогиня подняла на него острожный взгляд.

– К тому же, – для пущей убедительности, продолжил капитан, – если ты уж такая набожная, то не думаю, что в твоей религии нанесение себе вреда считается благом.