Сокровище викинга

Её можно было понять – разделять пищу с тем, к кому было неравнодушно твое сердце, смотреть на небо, окрашенное яркими лучами светила, и видеть, что на это же небо смотрит тот, в кого ты влюблена, было бесценно.

Они, вкушая изысканные лакомства, общались. Говорил больше Ансгар – он поведывал о своем детстве, об отце, умершем прошлой зимой, о странах, где прежде молодой мужчина бывал. Рассказ сопровождался красочными описаниями, и слушать Ансгара не составляло никакого труда для Ханны. Ей было приятно слышать мелодичный голос мужчины, смотреть на его красивое лицо и чувствовать в груди сладкое, томительное ощущение приближающегося счастья.

Наконец, на 15 день Ханна обрадовала своим решением Ансгара, и одновременно посеяла в сердце своей матери тревогу. Стоял поздний вечер, когда девушка, вернувшись с ужина, заявила Сольвейг:

– Мама, я выхожу замуж за Ансгара.

Хозяйка дома, в это время подшивавшая подол платья, отложила иглу в сторону и подняла на дочь глаза.

– Так скоро? – сорвалось с губ Сольвейг.

Ханна, пожав плечами, стянула с себя шаль и аккуратно положила её на скамью.

– Прошла половина месяца, – заметила девушка, хмурясь. Она уже уловила тревогу, исходящую от матери, и это чувство вызвало в Ханне пока еще тихий протест.

– Ты считаешь, что этого достаточно? – Сольвейг не сводила с дочери внимательного взгляда.

– Для некоторых людей – да, – уклончиво ответила Ханна. Она не желала вступать с матерью в конфликт. Будь на её месте чужой человек, девушка ответила бы резко. Но перед ней была мать, и Ханна, оберегая её чувства, сдерживала свой непростой нрав.

– Но половина месяца, – выдохнула Сольвейг, поднимаясь на ноги. Пламя свечи, что стояла на столе, задрожало от её движения.

– Дочка, ведь ты его совсем не знаешь, – женщина подошла к Ханне и заглянула в её глаза. Уловив в них решительность, Сольвейг пошатнулась.

– Половина месяца слишком мало, чтобы узнать человека, – тихо промолвила женщина.

Ханна, пытаясь совладать с поднимавшейся внутри волной раздражения, медленно выдохнула.

– Мама, он добр ко мне и проявляет заботу, – тщательно подбирая каждое слово, начала Ханна, – Ансгар не только красивый мужчина, но и хороший человек.

– Как можно понять, хороший ли человек за две недели? Ты видела его в трудностях, лишениях? – не унималась Сольвейг.