Раненое сердце

Чего-чего, а вкус у моих сыновей отменный, – теперь улыбка стала заговорщической, – все в мать пошли.

Яна робко улыбнулась в ответ. Опустив Майю на одеяло, молодая женщина ловко разлила чай по чашкам и поставила их на стол. К тому моменту дочка уже потеряла всякий интерес к своему месту на полу и теперь её целью стала нечто более интересное. Майя, захныкав, потянула руки к матери.

Яне ничего не оставалось другого, как снова взять малышку на руки. Хотя, признаться, так молодой женщине стало намного спокойнее.

Правда, о чае можно было забыть, но Яна не хотела его пить. В отличие от свекрови. Та, сделав глоток, произнесла:

– Уж так мне хочется подержать внученьку на ручках, – женщина сделала паузу, – надеюсь, это случится очень скоро. А то дело ли, бабка, да ни разу не держала свою внучку на руках.

Гульнара выжидающе посмотрела на невестку. Яна не могла понять, что именно значит этот взгляд, поэтому ответила так:

– Придет время, Майя привыкнет, и, конечно, и на руках поносите.

Свекровь, делая очередной глоток, удовлетворенно улыбнулась.

– Чтобы привыкла, вы приходите к нам в гости. Я с ней играть буду, а ты хоть немножко посидишь, отдохнешь. А то ведь вижу я, как ты устала. Чем смогу – помогу.

– Спасибо, – ощущая себя воодушевленной от слов свекрови, ответила Яна.

– Вот и договорились, жду тебя с Майей в гости, – Гульнара поднялась на ноги. – А я пока к себе. Приходите.

И Яна пошла. Не сразу, но после обеда, управившись со всеми запланированными делами, после дневного сна, они вместе с дочкой, направились в гости.

Квартира, в которой жили родители Карима, была просторной и светлой. Три комнаты – большой зал, две спальни, кухня с новеньким гарнитуром, все здесь дышало уютом и располагало к отдыху.

Яна, расположившись в кресле с дочкой, с интересом разглядывала старый фотоальбом. Тяжелые страницы, заполненные черно-белыми и цветными фотографиями, красноречиво рассказывали о судьбе семьи. Молодые родители Карима, их свадьба, а вот и первенец – очаровательный младенец с пушком темных волос на голове.

Семейные праздники, лица многочисленной родни… Карим в армейской форме. Яна медленно провела пальцем по фотографии с мужем.

Конечно, на фото Карим был пока еще без бороды. Молодое, загорелое лицо выражало сосредоточенную задумчивость. Таким с Яной Карим бывал редко. Женщина нежно улыбнулась.

– Да, мои сыновья – настоящая гордость, – поймав улыбку невестки, гордо заявила Гульнара.