Меч и Роза

– Все завоеватели поступают так, – прошептал он в рот девушки, а после – скользнул языком по её пухлой губе.

Она, не желая впускать язык в свой рот, тотчас сомкнула губы.

– Мне нравится, когда ты сопротивляешься, но сейчас тебе стоит уступить мне. Тогда не будет так больно, – почти пообещал Ахлф, задирая платье пленницы.

Настойчивые пальцы обожгли обнаженное бедро Розы.

На миг, чувство паники оглушило и обездвижело её.

Лишь когда Ахлф прижался губами к обнажившемуся девичьему плечу, лишь тогда Роза сумела ответить мужчине.

– Ты прав! – с жаром выдохнула она.

Ахлф, удивляясь такому ответу, замер.

– Ты прав, – повторила девушка, – ты можешь сделать все, что угодно со мной, и тогда ничем не будешь отличаться от римлян. Веками они глумились над людьми. Убивали мужчин, насиловали женщин. Я слышала, как ты говорил о своей ненависти к римлянам, когда мы поднялись на корабль. Чем ты тогда отличаешься от них?

К лицу Ахлфа прилила кровь.

Слова пленницы сумели задеть его за живое.

– Проклятье! – прорычал он в губы Розы.

Прорычал так, что внутренности девушки затряслись.

Но ни слова, ни даже испуганно вздоха не вырвалось из её груди.

Ахлф скатился на правый бок.

Сжал челюсти. Внутри него бурлили злость и вожделение.

– Как думаешь, для чего создана женщина, Роза? – Ахлф схватил её за лицо.

Горячие пальцы обожгли нежную кожу.

– Женщина создана для того, чтобы мужчина наслаждался ей, – добавил он.

– Мужчина? – голос Розы задрожал от ярости. – Кто, по-твоему, мужчина? Тот, кто берет женщину силой? Или тот, кому женщина сама рада подчиниться?

– Ты настоящая сирена, – восхищенным голосом произнес Ахлф, – прежде, чем идти к тебе, мне стоило залепить уши воском. Спи.

Он отодвинулся от неё и закрыл глаза.

Еще долго Роза всматривалась в черноту, ожидая нападения Ахлфа…

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Ахлф поднялся на палубу.

Яркое утреннее солнце огненным шаром возвышалось над синим горизонтом. Его лучи плескались на сверкающих волнах, и казалось, что море светится изнутри.

Ветер раздувал черные паруса, и корабль стремительно устремлялся к своей цели.

Ветер влажным дыханием пробежался по загорелому лицу Ахлфа. Солоноватый аромат пробрался в нос воина.

Он глубоко вздохнул и довольно заулыбался.