Меч и Роза

Взгляд её устремился вперед, и она онемела от увиденного.

Искрящееся в лучах полуденного солнца море утопало в черных пятнах. До самого горизонта.

Этими черными пятнами были паруса.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Черные паруса пожирали бирюзовое море.

Зловещий ветер надувал их, устремляя к песчаному берегу.

Они становились все ближе и ближе.

Оставалось немного времени до того момента, когда вражеская нога ступит на землю.

Роза испуганно отпрянула назад, столкнулась взглядом со взором воина.

«Мы проиграем», – ужалила разум появившаяся сама по себе мысль. С этой мыслью по телу Розы поползли липкие мурашки.

Сердце забарабанило, и девушка вспомнила, что нужно торопиться.

Стремительным шагом поспешила Роза вниз, по той же каменной лестнице.

А там, на площади, все закружилось в панике.

Крик детей и завывание женщин, причитание старух и мужские голоса, требующие не мешкать и спрятаться в храме.

Люди толкались, кто-то пытался, прежде чем спрятаться, попасть домой, и тогда стражи хватали их и заталкивали обратно, в толпу, становившуюся все больше и больше.

Она тоже хотела успеть – прежде чем случится самое страшное – а то, что это произойдет – девушка остро чувствовала.

Она не знала, дома ли сейчас дед и брат, однако теперь это не имело значения – стражи города никому не позволяли выйти из толпы.

Окруженная напуганными сестрами по несчастью, Роза и сама – еще больше, чем прежде – пропитывалась общим страхом.

Как-то внезапно всех завели внутрь храма.

Хоть в Римской империи уже существовала новая религия – христианство, храм, в котором оказались жители города, был языческим.

По мнению хозяина города, храм был слишком прекрасным, чтобы разрушать его.

Мраморные колонны и пол, выложенный мозаикой.

Золотая статуя бога-громовержца, Юпитера, возвышалась возле дальней стены.

И когда двери храма закрылись, нашлись те, кто побежали к этой статуе.

Распластавшись возле ступней Юпитера, женщины, позабыв о своей новой религии, причитали и просили того, что ничего не мог дать этот бесполезный кусок золота.

– Что же будет, что же будет? – привалившись к стене возле окна, причитала пухлая женщина. Её широкое лицо было залито слезами, губы дрожали, а полная грудь учащенно воздымалась.