В Plaz’e только девушки

 – Тогда все понятно! Такое городит, что под чужой фамилией вынужден скрываться. Мошенник.

– Это обычное дело, Вячеслав Иванович, – терпеливо продолжила я издательский ликбез, – вы тоже можете взять себе псевдоним.

– За чужую спину прятаться не привык. Ни от пуль, ни от читателей… – Вот так, через запятую, и перечислил. Видно, читателей он опасался не меньше пуль. И правильно делал, они тоже не пощадят.

– Я правду пишу, в отличие от некоторых, – буркнул следователь.

– Правда, Вячеслав Иванович, как сказал классик, бывает «хуже всякой лжи».

Хуже издается, в смысле… – поправилась я, увидев гнев на его лице.

– И где вы познакомились? Ну, с этим… Ере-ме-ем. – ревниво спросил следователь.

– В «Бизнесмене». Я там после журфака работала в отделе криминалистики. Вместе с Гребневым. Но он тогда уже матерый газетный волк был, а я так… На заметках из зала суда подвизалась. Не могу сказать, что мы крепко дружили, но отношения были приятельские. Вместе пили на редакционных посиделках.

Потом он ушел на вольные хлеба. Стал строчить криминальные романы. Быстро прославился. Вскоре и я уволилась. Открыла свой «Кошкин дом». А теперь, вы знаете, снова вернулась в газету, внештатно.

– Этот период вашей жизни мне хорошо известен, – перебил меня Рикемчук и с затаенным интересом спросил:

– Ну, и как он? Еремей этот… Супермен, что ли? Как в своих детективах?

– Да нет. Ему чуть за сорок. Крепкий такой, белобрысый, среднего роста. Тип вечного мальчика. Внешность не яркая, в отличие от фантазии.

– Вот именно, «фантазии», – ухватился за это слово Рикемчук, – а у меня все как есть, – не сдавался он.

– Про поднявшийся прОцент, согласна. – Я изо всех сил пыталась быть серьезной. – Но если бы вы красочно описали, как трудно вставал этот прОцент. Как набирал силу. Как выпрямил наконец свою могучую плоть… Наверное, это было бы впечатляюще.

– Вам бы только ерничать, – нахмурился следователь. Почему-то мои слова вызвали у него странную ассоциацию и он неожиданно спросил: – А ваш муж сейчас где?

Мой муж Дмитрий Панин работал начальником охраны по транспортировке грузов в крупной внешнеторговой госкорпорации.

Дома бывал не часто. И в данный момент тоже находился в длительной командировке.

– Он в отъезде… – сдержанно ответила я. Какое Рикемчуку дело до моего мужа?

– Ага! – обрадовался он. – Значит, вы свободны? В смысле, от всяких семейных дел?

Я недоуменно посмотрела на него.