Любимый деспот

Ноги ныли к концу смены, но шпильки были обязательным атрибутом моей униформы, как и белая рубашка с черной юбкой, заканчивающейся на середине бедра. В первые дни мне было ужасно некомфортно в подобной одежде, рубашка так и норовила поймать пятно от соуса или супа, а юбка все время скользила вверх по капроновым колготкам, открывая больше, чем нужно.

Открыв дверь, я автоматически поздоровалась и, не глядя на посетителя, который сидел ко мне спиной, взяла со столика меню.

– И тебе привет, жена, – раздался знакомый голос с бархатными нотками, как всегда спокойный и благовоспитанный.

Я невольно застыла, пораженная фактом нахождения здесь мужа.

– Так вот чем ты занимаешься, бросив меня? Если бы я знал, что тебе так нравится работа официантки, взял бы тебя в один из наших отелей, – не обращая внимания на мою застывшую фигуру, проговорил Осман.

Глаза тут же увлажнились, а дыхание сперло лишь от одного взгляда аквамариновых глаз. Уже в тринадцать я знала, что Осман Хуссейн – самый красивый мужчина на земле.

Как влюбилась девочкой в этого строгого мужчину в неизменных костюмах-тройках, так и люблю до сих пор. Помню, как бесилась, когда мачеха просила называть его дядей Османом. Для меня он никогда не был дядей.

– Я думал, ты выросла из своих проделок, Ксюша, – тяжко вздохнул муж, окидывая меня недовольным взглядом ярких глаз.

– Это не проделка, – твердо ответила я ему. – Если не будешь делать заказ, не задерживай меня.

– Не разочаровывай меня, Ксения! – на удивление зло выплюнул он.

Это было что-то новое, ведь обычно муж всегда держал себя в руках, придерживаясь вежливо-холодного тона, что бы я ни вытворила. А творила я многое, пытаясь вызвать его внимание. Сейчас даже смешно вспоминать свое ребячество.

– Это ты разочаровал меня. Как и весь наш брак! – не сдержавшись, фыркнула я в ответ. – Уезжай, Осман. Я все написала тебе в письме, не нужно устраивать сцену. Пусть твои адвокаты все уладят, и я…

– Господи, дай мне терпения! – возвел он очи к потолку, запуская руки в свои шикарные кудри, отчего его идеальная укладка растрепалась, делая его еще более горячим.

 – Ты вновь ведешь себя подобно обиженному ребенку! Что на этот раз? Я забыл о какой-то важной дате? Или о твоей просьбе? Так скажи прямо, не устраивая мне забег в другую страну! Чего ты хочешь, Ксюша?! – давя тяжелым взглядом, спросил он.

– Благодаря тебе я уже ничего не хочу, Осман, – грустно усмехнулась я в ответ, разворачиваясь на шпильках и направляясь к выходу.