Мама для подкидыша

– Как там Мурад? – вежливо интересуется он, когда я открываю машину и нахожу на переднем сиденье небольшой пакетик с мамиными лекарствами.

– Уже значительно лучше. Думаю, в понедельник выйдет на работу, – беря бумажную салфетку и заворачивая в нее три разные таблетки, чтобы не тащить с собой блистеры, отвечаю я, безмерно радуясь, что Дударов придерживается вежливой светской беседы.

– Это хорошо.

– Да, – закрываю я дверь и жму на кнопку блокировки машины. Брат недавно мне ее купил. Сначала Мурад позволял мне лишь иногда ездить на своей, прося пользоваться машиной с водителем.

– Почему я тебе не нравлюсь? – неожиданно делает он шаг ко мне, отчего я тут же прижимаюсь к машине.

– Что за разговор? – не хочу я такой откровенности. Только обрадовалась, что с Дударовым не возникнет проблем, и на тебе! Почему этот мужчина такой невыносимый?!

– Так почему? – не отступает он. Хмурится и смотрит так пристально, что волна непонятных мурашек тут же пробегает по телу.

– Мне никто не нравится! – злюсь я.

– Это не ответ.

– Другого у меня нет! Я тебе уже всё сказала! Хватит преследовать меня, от меня ты ничего не получишь!

– Это из-за твоего покойного мужа? Хранишь ему верность? – делает еще один шаг ко мне Дударов.

– Не подходи. Хватит, Шамиль. Достаточно. Ты переходишь всякие границы. Если женщина говорит нет – это нет. В моем случае уж точно! Я уже говорила тебе, что не лукавлю, – пыталась я донести до этого непонятливого мужчины, но выражение его лица говорило о том, что я бьюсь в закрытую дверь.

Глава 5

Шамиль

Что-то тут было не так. Не знаю, что именно, но еще в лифте почувствовал. Словно что-то сдерживало Хади. На миг мне показалось, что она тоже чувствует то же притяжение, что и я, но девушка, как всегда, поспешила вернуть меня с небес на землю.

Мне категорически не нравилось происходящее, но я уже не мог остановиться. В тот момент, когда погас свет и эта всегда, казалось бы, стойкая женщина превратилась в напуганную маленькую девочку, что-то дрогнуло внутри меня.

– Мне кажется, ты врешь самой себе, – останавливаюсь я напротив нее, не касаюсь, нет, но между нами так мало места, что стоит мне лишь покачнуться, и я сольюсь с ее телом в единое целое.

Кто бы знал, как велик соблазн так и сделать. Смять ее непокорный рот в поцелуе и сделать так, чтобы ее нет превратилось в да.