Родная душа

Вид у обоих гостей был довольно таки неприглядным: их лица, одежда, покрытые слоем грязи вперемешку с потом, приставляли собой жалкое зрелище; белые покрывала, в которые укутывались пришельцы, были испачканы до неузнаваемости. Даже украшения в виде браслетов и перстней на одежде и руках мужчины были покрыты липкой грязью.

После некоторого молчания, первым на разговор решился мужчина, который, судя по украшениям на нём, в социальному отношении был значительно выше других:

– Скажи, добр человек, у вас не найдётся чего-либо поесть и выпить, чтобы утолить голод и жажду.

Мы второй день без крошки хлеба и капли воды во рту. Что касается платы, не сомневайся хозяин, я в долгу не останусь, – ты будите вознаграждены сполна.

Гость собрался было ещё что-то сказать, но не успел; в это самое время в дверях второй комнаты, что находилась в глубине жилища, появилась ещё далеко не старая женщина – хозяйка хижины. В руках она несла две глиняные миски, в которых находилась ячменная каша, сдобренная льняным маслом и кусками утятины.

Подав миски в руки гостям, женщина, не проронив ни слова, удалилась в ту же комнату, из которой только-что выходила.

Мужчины, поджав под себя ноги, сели на пол и стали торопливо есть.

Спустя какое-то время, хозяйка снова вошла. Она принесла глиняный кувшин и две кружки; наполнила их до краёв старым, выдержанным вином, и снова удалилась в смежную комнату. Когда же гости поели, запив вином, хозяйка подала чистую тряпицу, чтобы люди вытерли руки, – ели они содержимое в мисках руками.

Перекусив таким образом, пришельцы расслабились, повеселели. Хозяин хижины, которого звали Анупу, посчитал уместным задать вопрос незнакомцам:

– Кто вы и откуда? – поинтересовался он.

Старший из гостей ответил не сразу. Немного помедлив, как бы обдумывая слова, он наконец проговорил хриплым, уставшим голосом:

– Мы издалека; как видите, заблудились. И на подворье вашего дома забрели совершенно случайно, – мужчина немного помолчал. – А, если сказать точнее, мы из Фив.

– Вот оно что! – протянул на распев Анупу.

 – А я-то думаю, что за люди? Чужие, незнакомые. Из нашего, столичного града, – значит из Фив.

Хозяин подсел поближе к гостям.

– Любопытно знать, как там, в столице? – живо поинтересовался он, – До нас, конечно, доходят разные слухи. Но это только слухи, – Анупу ладонью руки махнул над головой.

Хенен, так звали старшего гостя, не стал запираться и охотно поведал о том, что произошло в столице Египта несколько недель тому.