Сквозь зеркальные миры. Книга II. Противостояние

И увидел…

Жители Флоуссна были прозрачными, как тонкое чисто вымытое стекло. Сквозь них просвечивал окружающий пейзаж. Их можно было увидеть, только когда они двигались, да и то, если хорошенько присмотреться.

– Они практически невидимы!

Иллар кивнул.

– Это для того, чтобы не портить красивый вид? Они сливаются с природой?

Иллар пожал плечами, у него никогда не возникало таких вопросов. Не всё ли равно, почему флоусны невидимы.

Я оглядывался вокруг и иногда замечал, как движутся почти невидимые, прозрачные существа.

– Они летают? – спросил я Иллара.

– Нет.

– А умеют читать мысли, как вы?

– Конечно.

– Поэтому вы их понимаете?

– Они говорят на нашем языке. Они говорят на всех языках. Может быть, не на всех, но на многих. Я даже не знаю, есть ли у них свой язык.

– А здесь есть какие-нибудь дикие места, или Флоуссн – это только цветники, сады и огороды?

– Есть леса, реки, озёра. Гор нет, но есть что-то похожее на море.

– Почему похожее?

– Оно большое, как море, но не солёное и спокойное, без волн. Бурь здесь не бывает. Ты заметил, что ветра нет?

Море! А я и не знал. Невероятно! Совсем рядом с Аураной есть мир, где можно искупаться в море! Вода в нём, наверное, замечательная, тёплая, учитывая, как тепло кругом.

– Здесь всегда так жарко?

– Да, такой климат нужен, чтобы всё непрерывно росло и цвело. Я бы не смог здесь долго жить, для меня слишком жарко.

А я бы смог. Вот это мир!

– Интересно, почему здесь так жарко, ведь солнца-то нет. Что даёт тепло?

Иллар пожал плечами. Конечно, зачем ему разбираться, почему во Флоуссне жарко, хотя нет солнца. Я посмотрел на небо. Неба, как такого тоже не было, просто сверху лился свет, похожий на альбумийский.

– А здесь бывает ночь?

– Да. Сразу становится темно, как будто свет выключают. Все должны отдыхать, и цветы, и деревья, и флоусны.

– Ага, – глубокомысленно произнёс я, представляя, как я жил бы в мире среди садов, цветников и прозрачных жителей.

– Ты эти цветы выбрал? – прервал мои фантазии Иллар, указывая на колокольчики.

Я начал собирать цветы, по привычке считая, чтобы было нечётное число. Я остановился на одиннадцати, когда букет неудобно стало держать в руке, стебли были довольно плотные. Колокольчики звенели, напоминая голос Марго. Наверное, я был сейчас самым счастливым в Флоуссне, в Ауране, да и во всех известных мирах.