Подозревается призрак. Детектив

– Глупая кукла! Как ты смеешь сравнивать меня со своим пьянчужкой!

Барби растерялась и пролепетала:

– Пауло вовсе не пьянчужка, – потом осмелела и добавила, – сами вы, пьянчужки.

Ангелина была в ярости. Все забыли про еду, разговоры, танцы и с интересом наблюдали спектакль с нетрезвой Ангелиной в главной роли. У Марка никак не получалось её увести, поскольку он сам был в подобном состоянии. Подошли Герберт и герр Рихард, начали успокаивать Ангелину, уговаривать извинить Анну-Марию и Клару. Но она продолжала кричать и требовать, чтобы этих «ужасных женщин» выгнали с рождественского ужина и из замка.

Ангелина ещё долго возмущалась, развлекая гостей, но, в конце концов, устала и попросила «дорогого Марка» проводить её в номер, потому что «она не может больше находиться в этом обществе». Марк облегчённо выдохнул и увёл её спать. Неожиданное развлечение закончилось. Каждый занялся своим делом. Артём начал, наконец-то, собирать тарелки. Он увидел, как вернулся Марк и сразу пригласил Алёну на танец.

Артём отметил про себя, что Марк был абсолютно трезвым. Интересно, как он ухитрился прийти в себя так быстро.

Рождественская ночь продолжалась. Кто-то отдыхал и веселился, а кто-то работал, подтверждая факт несправедливости жизни.

IX

Утро добрым не бывает…

(народная мудрость)

«Утро добрым не бывает», – думал Артём сквозь сон, – «и не важно, веселился ты всю ночь или работал».

Гости разошлись только с рассветом, и было ясно, что к завтраку никто не выйдет.

Уставших Артёма и Наталью Михайловну Герберт отпустил отдыхать до обеда. Но выспаться им не удалось.

Артёму снилось, что он летит. Он не помнил, когда последний раз летал во сне. Он забыл ощущение свободы, о которой так мечтал, к которой стремился. Но потом он понял, что летит не сам, его несёт в клюве огромная птица, похожая на аиста. Этот монстр осторожно и незаметно держал его за ворот рубашки. Ощущение свободы ушло. Опять что-то или кто-то несёт его по жизни. Но вот птица бережно опустила его на землю перед домом и забарабанила своим огромным клювом в дверь.

Звуки были громоподобными и раскалывали голову. Артём зажал уши, открыл глаза. Закрыл и открыл снова. Вспомнил, что он в замке, в своей комнате, увидел, что уже светло, и понял, что, действительно, кто-то стучит в дверь. Этот стук был нервным, тревожным.

Артём подскочил к двери, открыл, высунул голову и взглядом упёрся в другой взгляд – испуганный и заплаканный.