Там, где живёт душа

Она злилась от того, что, как всегда, не смогла отказать матери. Мама имела над ней какую-то гипнотическую власть, и сказать «нет» Ольга ей просто не могла. Почему мама не могла взять в компаньоны для прогулки по магазинам кого-нибудь другого? У неё ведь столько подруг! Любая с радостью согласилась бы помочь ей выбрать наряд для юбилея. Но нет же, ей понадобилась именно дочь, которую только при упоминании шопинга бросает в дрожь.

Утром, натягивая любимый свитер и джинсы, Оля и не думала, что ей станет нестерпимо жарко.

Паника отступила, но напоминала о себе болью в висках и липким потом, покрывшим всё тело. Олег опять предложил записать её к знакомому психотерапевту, но Оля отказалась. Она просто не могла принять то, что чужой человек будет копаться в её подсознании. А ей самой придётся прочувствовать снова всю ту боль, какую она усердно старалась забыть столько лет.

Спустившись в метро, Оля запрыгнула в вагон и забилась в уголок. Закрыв глаза, она попыталась расслабиться. Вот уже много лет медитация и пранаяма помогали ей преодолевать коварные выходки вегетатики. Ритмично, как её дыхание, застучали по рельсам колёса. Сосредоточившись на вдохе и выдохе, Оля старалась ни о чём не думать, тем более не вспоминать. У неё было минут десять до выхода, и она надеялась прийти в норму за это время.

Мама ждала её у торгового центра, как и условились. Через месяц ей стукнет шестьдесят, но Оле казалось, что это мама моложе её на двадцать лет, а не наоборот. В ней было столько энергии и позитива, что оставалось только позавидовать. Ясный взгляд серо-голубых глаз и лучезарная улыбка сопровождали её везде, где бы она ни появлялась.

– Привет, мам.

– Олюшка, привет, родная, – мама развернулась и распахнула объятия.

Ольга терпеть не могла такие приветствия, но все-таки позволила матери стиснуть себя до хруста в костях.

– Боже, ты опять в своём старом свитере! Когда ты, наконец, его выкинешь? Пошли, я тебе новенький подберу.

Она схватила Олю за рукав и потащила ко входу в торговый центр. Сопротивляться было бесполезно, и дочь послушно засеменила следом.

Витрины пестрели разнообразием товаров, но Оле они были совсем не интересны.