Приворот, да не тот

– Эмилия, – он смерил меня строгим взглядом, и я невольно выпрямилась. Так я ощущала себя, только когда отец отчитывал меня. Хотя профессор вполне может быть ровесником моего отца. Фон Деверо выглядел лет на 35, но кто знает, как обстоят дела на самом деле? Возраст мага проблематично определить. – Из лаборатории исчезает дурман-трава и порошок земляного корня. Это ингредиенты для снотворного. Девушки в твоем возрасте впечатлительны и влюбчивы. Наверняка ты страдаешь от безответных чувств, ночами не спишь, рыдаешь в подушку и жалуешься подругам, что пьешь снотворное, чтобы забыться.

А тут в очередную вылазку увидела приворотное зелье и решила воспользоваться шансом приворожить юношу, в которого влюблена.

– Что? С чего вы взяли? Вы меня в воровстве ингредиентов обвиняете?! – я притопнула ногой от возмущения. Как он смеет говорить подобное? Я порядочная девушка, хулиганю иногда, но по мелочи же!

– Разве не так? – губы профессора изогнулись в кривоватой улыбке, а черные глаза сверлили меня тяжелым взглядом.

И я на всякий случай перепроверила свои ментальные блоки. Мало ли.

– Нет, не так. Я не реву ночами и не пью снотворное. Если бы даже оно мне понадобилось, я бы приобрела его. Зачем мне воровать, когда в моем распоряжении достаточно средств?

– Похоже, ты не в курсе, но снотворное тебе не продадут без рецепта лекаря. А сами ингредиенты довольно редкие и продаются не в любые руки.

Я постаралась вновь вспомнить, какие ингредиенты упоминал профессор. Дурман-трава и земляной корень.

Действительно, редкие и дорогие.

– Но зачем кому-то варить снотворное из дурман-травы? Это же глупо. Ошибешься хоть на грамм и потеря ориентации, галлюцинации.

– Ты права, Эмилия, – профессор усмехнулся. Его ответ окончательно сбил меня с толку. Но прежде чем я задала уточняющий вопрос, он вновь вернулся к нашей проблеме:

– Зачем тебе понадобилось приворотное?

– Один парень сказал, что я не смогу наполнить приворотное зелье силой. Мы поспорили.

– Не подобает дочери многоуважаемого рода Айрин вступать в споры, – он скрестил руки на груди, поцокал языком, помотав головой.

И смотрел так неодобрительно, как отец часто смотрит на меня. Да кто он такой, чтобы меня отчитывать? Преподаватель на пару недель. А потом я сдам экзамены, завершу обучение в академии и больше никогда не увижу его.

– Это не ваше дело, профессор.

– Стало моим, Эмилия, – черные глаза обожгли меня страстью. Я невольно сжала колени, ощутив жаркую волну внизу живота.