Мир проклятий и демонов

Словно ребенок, который перед взрослыми сказал что-то глупое, а те его по-доброму передразнили.

Драу выползли из озера и расположились на поросших мхом камнях на берегу. Они оставались в форме полупрозрачных силуэтов и неярко светящихся огоньков – в своих самых безобидных и приятных образах. Глаза-угольки следили за каждым действием Третьего, а из-за спины доносилось тихое шипение на инородном языке, которое он частично понимал.

– Здесь нет ничего интересного, – громко сказал Третий, медленно поворачиваясь лицом к озеру.

Драу зашипели, сползли с камней и бесшумно погрузились в воду, оставив Третьего. Арне уже бродил между деревьями, огибая голые кусты, будто невзначай все ближе подбираясь к тропинке, выводившей к лагерю.

– Ты уходишь? – спокойно спросил сальватор, довершая последний сигил идеально выверенным движением.

– Первой, возможно, не очень хорошо.

– Я не думаю, что она легла спать, – пробормотал Третий, огибая раскидистую сосну. – Ей нужен сон, ведь она человек, но мне кажется…

– Она солгала.

– Правда?

– Правда. А ты не понял?

Разумеется, не понял. Он жил бок о бок с людьми, спасал их и был ими предан, он изучил их, но иногда действительно не понимал. А Пайпер была не просто человеком, она – сальватор из другого мира.

– Полагаю, нам следует показать, что мы на ее стороне, – задумчиво пробормотал Третий.

– У тебя нехилая конкуренция. Я видел мир, в котором она жила раньше.

– Разве мне нужно осыпать ее роскошью и знаниями, чтобы показать, что я на ее стороне? – ответил Третий. – Если она пожелает роскоши – я ее достану. Если будут нужны знания – я ей их предоставлю. Однако мне казалось, что люди ценят честность и самоотверженность.

– Ты даже не представляешь насколько.

– Тогда к чему этот разговор?

– Я просто хочу предупредить тебя: Первая не так проста, как ты можешь думать.

– Я не настолько глуп, Арне, – раздраженно отозвался сальватор.

– На каждую тайну, что ты скрываешь, у Первой есть своя. И одна из них тебя сильно заинтересует, если ты узнаешь ее.

Третий остановился. Сакри не оставлял следов на снегу, его шаги были не слышны, а изо рта не вырывалось облачками дыхание, но его присутствие ощущалось так остро, будто он состоял из плоти и крови.