Печать Демона. Разведчица

Чтобы не светиться при спуске на нижние уровни в спортивной форме, приходилось переодеваться здесь. Благо на время моего разоблачения камеру в душевой отключали. Пока меня не было, Кассиэль успел отключить приставку и теперь разогревался, кружа по комнате с мечом в руках и в одном спортивном трико. К пакетам интереса не проявлял, хотя наверняка хотел узнать, чем я собралась его откармливать. Этот мужчина обладал просто колоссальным терпением. В конце концов, он действительно воспринимал пребывание в камере своеобразной возможностью отдохнуть ото всех забот.

– Начнём? – спросил он, мельком оглядев надетую на меня растянутую футболку и чёрные леггинсы с парой заштопанных дыр на бёдрах.

Мы уже две недели как упражняемся с настоящими мечами, отчего страдает одежда.

– Знаешь, сейчас при мне лучше не раздеваться, – с тяжёлым вздохом предупредила я на эдемском, разглядывая мускулистую грудь серафима.

Так привыкла к этой внешности, что с трудом соотносила Кассиэля с мужчиной из воспоминаний Лилит, иногда почти забывая, что сейчас он вселён в чужое тело.

– Перестала подавлять эмоции? – невозмутимо уточнил он, с радостью переходя на более близкий ему язык. – Ну да, выглядишь живее, Натали.

– И наверняка ещё прекраснее? – предположила, подхватывая с кровати свой меч.

Начав раскручивать его в руке, я двинулась к замершему в боевой стойке серафиму. Лезвие мелькало всё быстрее, почти исчезая из вида, расстояние между нами сокращалось. Кассиэль продолжал стоять на месте, пока в один момент не выбросил руку с мечом вперёд.

Под мелодичный звон оружие скрестилось. Оттолкнув оружие серафима, я вновь пошла в наступление.

– Хорошо, что аптечка всегда со мной, – стянув с себя футболку, я оценила боевое ранение.

Кассиэля кровоточащая рана на его плече не волновала, он задумчиво рассматривал тройной бургер.

– Есть какие-то правила?

– Приплюсни его, возьми двумя руками, шире открой рот и откусывай.

Мельком оценив порез на боку, я открыла свой бургер и продемонстрировала серафиму, как нужно употреблять это блюдо.

Недоверие исчезло из серовато-голубых глаз, он принялся за трапезу. Я же вновь сосредоточилась на осмотре. Лезвие проехалось по касательной. Эпил справится за ночь, так что ничего страшного. Быстро стерев кровь стерилизующими салфетками, я нанесла мазь и поверх закрепила самоклеящуюся повязку.

– А это картошка-фри, наггетсы, сырные палочки и жареные креветки.