Тайна браслета Изольды. МИСТИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ

Пока блиночки горяченькие…

Павел ещё раз вздохнул, снял ботинки и направился по широкому коридору, какие бывают только в старых питерских квартирах, в комнату.

Павлу было немного за тридцать. Он работал в городской клинике хирургом. Его родители уже два года жили за границей – в Марокко. Отец – профессор филологии, преподавал русский язык для иностранцев, мать – сценарист и писательница, отправилась вслед за мужем искать новые впечатления для очередной книги.

Бабушка завещала свою квартиру Павлу.

Она, посвятившая всю свою жизнь генетике, изучению первопричины возникновения наследственных болезней, видела в лице сына продолжателя своих исследований.

Однако Андрею было совершенно наплевать на последователей Вавилова, его манили Шиллер, Гёте, мастер короткого рассказа – Чехов. Когда после выпускного, он сообщил матери, что поступает в университет – на филфак, она отреагировала весьма странно: не произнеся ни слова, ушла в свой кабинет и не выходила оттуда до позднего вечера.

Она не разговаривала с сыном несколько дней, но потом смирилась с его выбором. Андрей учился блестяще. Уже на втором курсе ему предложили работу на кафедре, а затем и аспирантуру. В двадцать шесть лет он уже имел учёную степень и Евдокия, хоть и не подавала вида, очень гордилась сыном и с удовольствием рассказывала знакомым об успехах своего отпрыска.

Когда родился Павел, она чуть ли ни с грудничкового возраста ринулась прививать ему любовь к биологии. Он сызмальства знал, как устроено то или иное растение, почему у одних людей глаза голубые, а у других – карие, почему при одних факторах клетки живого организма бешено размножаются, а при других – гибнут.

Профессия Павла была предопределена. После окончания школы он с лёгкостью поступил в медицинский институт.

Сейчас Павел был неплохим доктором, подающим большие надежды на будущее. Пациенты его любили, и смело вверяли ему свои драгоценные тела.

Чтобы уладить все дела, возникшие после смерти бабушки, Павел вынужден был взять внеочередной отпуск.

Порядок в квартире был совершенно чуждым явлением для такого человека, каковым являлась Евдокия. На письменном столе валялась куча разных бумаг, по всем четырём углам высились небоскрёбы из стопок книг.