Одинокий отец познакомится

 – Не терпится стать женой номер пять?

– Вин! – подал голос Бернард. – Не смей так говорить!

– Извинись! – Альба грозно нахмурилась.

– Даже не подумаю! – холодно процедил брат. – Пусть убирается! Это не она!

– Не надо ссориться. – Лорен отвела взгляд. – Он прав, я… я…

Тут ее взгляд упал на Софию: девочка покачнулась и начала падать. Лорен бросилась к ней, но запуталась в одеяле и рухнула с кровати.

– Софи! – Бернард подхватил сестру под руку и усадил на пол. – Пора уходить.

– София светлая, ей невыносимо находиться на темной половине, – озабоченно произнесла Альба.

– Хорошо, – пробормотала Лорен, ничего не понимая. – С ней все будет в порядке?

– Мы с Альбой серые, на нас темная сторона действует не так сильно. Верка вообще не маг, она ведьма, а Софи светлая, ей физически трудно выносить тьму, – пояснил Бернард. – Если отец узнает, что мы ее сюда притащили, он нас убьет.

– Вы знали, что ей будет плохо, и привели ее сюда?! – вскричала Лорен.

– Она хотела на тебя посмотреть, – процедил сквозь зубы Винсент. – Ты же у нас…

– Замолчи! – прошипела София. – Пойдем лучше домой, а то меня очень тошнит, – жалобно добавила она.

– Вин темный, только он может проходить через завесу и проводить остальных, – скороговоркой прошептала Альба, прислушиваясь. – Нам пора. Позаботься о мелких, пока нас не будет!

– Поздно, – обреченно произнес Винсент. – Выпорет, ох как он меня выпорет, – с тоской добавил он и так зыркнул в сторону Лорен, будто она была во всем виновата.

Дверь распахнулась как от сквозняка, и на пороге возник разъяренный герцог в расстегнутой рубашке. Черные провалы глаз полностью заливала тьма. Даже намека на белки не было. Лорен не удержалась и тихонько взвизгнула, так демонически выглядел мужчина.

– Винсент, немедленно уведи отсюда Софию и Веронику! Живо!

Холодный, жесткий рычащий голос скользнул по комнате ледяным дыханием. Винсент подхватил притихшую Веронику на руки, София вцепилась в него, и они выбежали из комнаты.

– Бернард!

В руке герцога появился уже знакомый Лорен кнут. Близнецы сжались и синхронно опустились на колени.

– Отец, прости, – какими-то безжизненными и монотонными голосами произнесли оба. – Пусть наказание будет соизмеримо повинности.