Вырла

]

– Пожар, – через две минуты тряски на заднем сидении ментовоза сказал Финк.

– Вы о чем? – Доктор Тризны прикинулся вежливым невежей.

– Всем интересно, – развел руками полиционер. – Зона раньше была рядом, строгого режима. «Серая цапля». Грохнули там главаря ОПГ, Газу. Кто грохнул – загадка. Видеонаблюдение, собаки, персонала хоть жопой жуй!

– Евген Петрович, чего вы матюгаетесь опять?! – возмутился Короткий. – Жена моя пузатая, – сообщил он Феде. – А мат эту, негативную энергетику передает.

От Петровича ко мне, от меня к жене, от жены к ребенку.

– От вас обоих ребенку лишняя хромосома передалась, – фыркнул старший по званию. Эйблист. – И ее производное – ипотека. Короче, еду в «Цаплю». ХЗ зачем, начальство колонии в панике и меня, и с зареченских сел участковых позвали – консилиум, блин. Повестка: что врать федералам. Пока умы морщили, начался мятеж. Зэки валили «пупков». «Пупки» стреляли зэков. Маньяк Авоськин резал и своих, и чужих. Ор, кровища, обосрался кто-то.

Компьютерная игра. Без сохранения и с одной обоймой.

– Петрович сныкался за жирным трупешником, – гоготнул будущий отец.

– Отсиделся в компании умирающего. Вася Чемодан с кишками наружу мне рассказывал про тарзанку, про речку, про девушку, которую любил до первой ходки. Про мамку. Перед смертью не напиздишься. Пробивает нашего человека на сентиментальность. – Финк поджег очередную сигарету. Дым смешался с бензиновыми выхлопами и вонью освежающей елочки. – Вдруг – стихло. И шум, и Вася мой.

Стало жарко. Воздух пропал. Я план эвакуации помнил и пополз. Меня Васиной кровью пропитало насквозь. Выполз. С тех пор такой. Зрение восстановили, с радужкой начудили. Я не в претензии. Ладно, бабки крестятся, детишки визжат. Профессия моя с всеобщей любовью не связана. Врачи – молодцы! Рожу спасли, кожу пересадили.

Короткий снова хихикнул, шепнул: «С задницы».

– Больше не выжил никто. Девятьсот трупов. Приехали!

Покуда «майор Том» кричал подозреваемому: «Ромка! Давай, побеседуем!», Надежда Савельевна Плесова, учительница краеведения на пенсии, разгоняла беспардонных беспородных псинок по будкам-коробкам и отпирала калитку, Федор Михайлович искал в интернете фото Финка до пожара.

Нашел: мент и мент. Пегие волосики, снулое лицо. Не то, что сегодня. «Сволочь ты эстетсткая», – пожурил Федю Федя голосом Бетала.

Финк и Короткий тем временем вломились в гараж.

– Доктор! – позвал ФМ майор. – Это по вашему профилю.