Немая девочка

На пленке послышался треск, когда Фредрика протягивала ему блокнот и ручку.

«А в чем, собственно, дело?» – послышался потом вопрос Седера.

На некоторое время наступила тишина, будто полицейские в допросной взвешивали, как им поступить, насколько много следует рассказывать, но пришли к выводу, что рано или поздно придется сообщить Седеру, почему его арестовали.

«Семью Карлстен убили, – сказал Эрик. – Их застрелили из дробовика. Что вы можете об этом сказать?»

Эрик выключил магнитофон.

– Об этом он ничего сказать не мог.

– Фредрика звонила тем, кого он назвал, и те показания Седера подтвердили. У него есть алиби.

– Тогда почему он все еще сидит здесь? – поинтересовался Себастиан.

Эрик посмотрел на него – по-прежнему несколько неодобрительно, как это истолковал Себастиан. Он снял ноги со стола, встал и принялся расхаживать по свободному пятачку тесной комнаты.

– Насколько я понял, Седер считается алкоголиком с плохим самоконтролем, – продолжил он.

Он остановился и посмотрел на Эрика вопросительно.

– Да.

– А теперь ты утверждаешь, что он спланировал все до малейших деталей, что он обзаводится фальшивым алиби и для подкрепления своей истории покупает автобусные билеты в Филипстад?

Эрик не ответил, поэтому Себастиан продолжил.

– Если он такой организованный, то он, наверное, не стал бы открыто угрожать семье накануне дня, когда собирался поехать к ним домой и расстрелять их.

– Я же говорю, что в настоящий момент складывается впечатление, что у него есть алиби, – строго сказал Эрик с плохо скрываемым раздражением. – Но мы по-прежнему можем обнаружить на его руках или одежде остатки пороха или крови. Если мы найдем пропавшее ружье, у нас для сравнения есть гильзы из дома. Мы еще не опрашивали соседей Карлстенов, кто-нибудь мог видеть Седера поблизости от их дома. Тогда мы снова будем на коне.

Себастиан покачал головой и не смог сдержать улыбки.

– Или же мы вернемся обратно во времени, встанем перед домом и увидим, кто их убивает. Это звучит более реалистично.

– Себастиан, хватит!

Ванья встала. Себастиан повернулся к ней. Ее взгляд потемнел. Себастиан слишком хорошо знал этот взгляд. Она на него злится. Ванья не спускала с него глаз еще несколько секунд, а затем обратилась к Эрику.

– Я прошу прощения, он… иногда ведет себя как идиот.