Провал

Урсула сидела за столиком у окна с красивым видом, чуть подальше, место напротив нее было свободно.

– В раю заморочки?

Торкель посмотрел на него, явно не понимая, и Себастиан кивнул в сторону окна. Торкель обернулся, взглянул на Урсулу и повернулся обратно к Себастиану.

– Нет, что ты имеешь в виду?

– Ты думаешь, только оттого, что вы не будете вместе завтракать, никто не узнает, что вы спите?

– Я уже позавтракал.

– Знаешь, если вы будете сидеть вместе, как коллеги, а не порознь, это будет выглядеть менее подозрительно, – продолжил рассуждать Себастиан.

 – В смысле, если вы не хотите, чтобы все знали.

– Мы не спим.

– Почему же?

– Ты закончил? – поинтересовался Торкель, кивая на опустошенную Себастианом тарелку и почти допитый кофе, с явным намерением прекратить разговор об Урсуле. – Мы поедем к отцу Петковича.

– Она вроде бы проявляла к тебе довольно большой интерес на свадьбе Билли, – продолжил Себастиан, не желавший оставлять эту тему, поскольку она, несомненно, смущала Торкеля.

 – Как же тебе удалось лишиться ее расположения?

Ему только показалось или, перед тем как Торкель отодвинул стул, в его глазах действительно мелькнуло что-то похожее скорее на грусть, чем на злость?

– Давай, поднимайся.

– Куда мы отправимся?

– Я же сказал. – В голосе Торкеля чувствовались усталость и раздражение. – К отцу Петковича. Я хочу поговорить с ним до пресс-конференции.

– А зачем мне тоже ехать?

– Я так решил.

Себастиану откровенно не понравилось то, что Торкель воспользовался своим положением в качестве единственного аргумента, чтобы настоять на своем.

Он откинулся на спинку стула, показывая, что вовсе не собирается вставать. Напротив, намеревается продолжать сидеть.

– Возьми с собой Ванью или кого-нибудь, кто…

– Ванья и Билли уехали в Хельсингборг, – перебил его Торкель. – Со мной поедешь ты. Даю тебе пять минут. Жду в машине.

Себастиан увидел, как Торкель развернулся и покинул ресторан. Прикинул, не подняться ли в номер и заставить его ждать, пока ему не надоест и он не уедет один.

Но Торкель, казалось, сегодня не в настроении для такого рода упрямства. Связано ли это с тем, что он завел речь об Урсуле, Себастиан не знал, но ведь начинается только второй день расследования. Представятся еще случаи противостоять Торкелю. В более важных вещах. Он проглотил остатки остывающего кофе и встал.

«Поверните направо. Через двести метров поверните направо».