Фиктивная жена драконьего военачальника

 – Мы должны бороться за наше будущее!

– Я сказал, выметайся, – выудив из кармана платок, я протянул его девушке. – Только сотри это безобразие с лица.

– Ты не можешь выставить меня после того, что произошло, – она резко вырвала его из моей руки и провела белоснежной тканью по губам.

– О чём ты? – раздражённо отозвался я.

Наверняка помада украшает и моё лицо. Странно, для чего это и её слова? Неужели… Я обернулся к двери. Она оказалась приоткрыта. В проходе как раз показался ректор Томас Дигби, а за его спиной маячила Джослин.

«Я её придушу», – кровожадно решил про себя, бросив недобрый взгляд на бывшую невесту, а сам твёрдым шагом направился к ректору.

– Заходите, предстоит разговор по поводу использования запрещённых артефактов, – я шире распахнул дверь, чтобы никто из свидетелей этой некрасивой сцены не решил уйти.

В частности Джослин, а то она уже разворачивалась, чтобы сбежать. Потому я на всякий случай вышел в коридор и завёл её в кабинет под локоть.

– Похоже, нам предстоит занятный рассказ, – немного весело хмыкнул Томас.

Не скажу, что мы были друзьями, но находились в хороших деловых отношениях. Неприязни он ко мне не испытывал, потому, надеюсь, поверит на слово, без доказательств, и согласится молчать о проступке Элизы. Теперь придётся всё рассказать. Если ректор откажется, то пусть разбирается Вотерборн-старший, не мне расхлёбывать последствия преступлений его дочери. Я пытался всё замять, не получилось.

– Вы не против сферы безмолвия? – уточнил я устало, рукавом стирая помаду с губ.

– Нет, – Томас прошёл к письменному столу, у которого топталась на месте встревоженная Элиза, и удобно устроился в кресле.

Я закрыл дверь и подвёл Джослин к другому креслу.

– Не делай поспешных выводов, – шепнул ей еле слышно, прежде чем отпустить.

Она была бледна, в зелёных глазах мелькала знакомая мне злость. Я уже знал, что взрыв грянет позднее. Но она согласно кивнула.

– Как мы все знаем, вчера Джослин попала в лазарет из-за использования запрещённого артефакта.

– Я ничего не признавала, – девушка притопнула ногой, упрямо вскинув подбородок.

– Лучше бы молчала.