Сны

Круто, корреспондент пребывал в растерянности, поскольку из студии просигнализировали, что по катеру и вооружению информация подтвердилась, страшно не было?       Нет, страшно было потом, когда в береговой охране Никарагуа служил. Вот случай был…

Дальнейшее интервью пересказывать нет никакого смысла, прочитайте фантастический роман Роберта Энсона Хайнлайна «Гражданин галактики» – все-таки это первоисточник очередного вдохновения моториста.

Проделано все было филигранно и изысканно красиво – единственно, где его можно было поймать на лжи – это на имени, поскольку подробности либо были всем хорошо известны (рабство на кокаиновых плантациях), либо подтверждались экспертами (торпедный катер).

В этот раз глумление над зрителями было совсем уж циничным – в отличие от Сабатини, автор «Гражданина галактики» был в первую очередь американским фантастом и лишь затем – писателем с мировым именем.

Когда и эта правда стала достоянием общественности – ржали не только лошади. Американские телевизионщики бледнели, краснели, кусали локти – а сделать ничего не могли, поскольку сами виноваты.

Отыграться на мотористе в излюбленном американцами стиле – в суде – они не имели возможности, поскольку тот денег за свои интервью не брал и, соответственно, никакие договора о правдивости и достоверности рассказываемой информации не подписывал.

Голову на этой волне попытались было поднять местные издания, но очень скоро поняли, что у гринго одинаковое отношение ко всем журналистам. Любая попытка контакта с ним заканчивалась либо отказом в общении, либо все-таки с трудом добытой информацией, которую теперь проверяли очень тщательно. Что характерно – гринго в ходе беседы мастерски «раскручивал» корреспондентов, понимая какую «дезу» кому сливать – в результате окрыленный «самой что ни на есть правдой» журналист летел в студию, где и выяснялась очередная грустная истина – надо было в детстве книги читать и историю изучать.

Если же майор понимал, что перед ним более или менее равный соперник, разговор заканчивался вопросом «Кто я?» – и ответа на него не было. Это был парадокс – посмотрим правде в глаза – он был медийной личностью, о которой было известно только то, что он белый европеец со славянскими корнями. И все.