Двуглавый Орден Империи Росс. Магия изначальная

А «сестра» продолжает: – История эта может завтра прямо с утра понадобиться. И мы с тобой должны в ёлочку трещать, а то расколют.

– В ёлочку трещать?! – изумляюсь я.

– Показания фигурантов не должны разниться, – Лерка разъясняет для дебилов.

Я-то как раз знаю, что означают эти слова, но вот она где такого нахваталась? Чувствую, многое мне ещё не известно о моей теперь уж сестре.

– Придет Мозель по совершенно житейским делам постояльцев проведать. Начнет спрашивать. А мы? – тут Лерка скорчила скорбную мордашку, изображая наш неубедительный ответ хозяину гостиницы: – Бе-е, ме-е, мя-ау.

– Надо кого-нибудь такого, про кого здесь точно знать еще не должны, – говорю я, глядя не на Лерку, а в пространство перед собой, так думается лучше.

– Путин! – выпаливает Валери. – Про него здесь точно никто не знает!

– Ага! А ещё Ельцин, Горбачев, Брежнев, Андропов! – я понимаю, что это не то, но начинать-то надо.

– Сталин ещё скажи! – Лерке тоже не нравится.

– Не-е-е, лучше Берия! – издевательски говорю я, Лерка прыскает. Процесс пошел.

– Ульянов, Молотов, Каганович… – начинает перечислять девушка, голова у неё запрокинута, и смотрит она не на меня, а в потолок. Наверное, ей тоже удобнее думать, глядя в пространство.

– Нет! Только не Каганович! – яростно протестую я.

– Ладно, – легко соглашается Лерка. – Полагаю, что Троцкий, Микаян и Орджоникидзе тоже не стоит?

– Калинин можно! – радостно восклицаю я, искренне надеясь, что с выбором фамилии определились.

– Нет! – почему-то резко возражает «сестра». – У меня один знакомый был Калинин. Неприятный тип. Валерия Калинина, – произносит, словно бы на себя примеряет и тут же кривится как от зубной боли: – Фу, блин! Как будто замуж за этого дурака вышла!

– Жуков, – говорю я, имея в виду, что Жуков-то уж точно дураком не был.

– Жуков – это как-то простовато. Мы же дворяне. Вот Тухачевский подойдет, – при этих словах Леркино лицо стало каким-то благостно-мечтательным.

– Отпадает! – разрушил я её грёзы. – Тухачевский тоже дурак был, не хуже твоего Калинина. Его даже расстреляли за это. Лучше тогда уж Блюхер.

– С ума сошел! – всполошилась Лерка. – Ты знаешь, как Блюхер на русский язык переводится?!

И мы оба заржали.

– Чапаев? – Предложил я.

Валери оценивающе посмотрела на меня и выдала:

– Не тянешь ты на Чапаева. Харизмы в тебе нет.

Мы замолчали. Я обиженно, Лерка задумчиво.