Куда ведут наши следы

Парень-студент задал такой вопрос, что мы решили его вывести из состава студсовета, из профсоюза медработников и исключить из института.

* * *

Законопослушное свободомыслие.

* * *

У него одна особенность.

Чем ты внимательнее его слушаешь, тем он хуже говорит.

А когда ты полностью сосредотачиваешься на его словах – он замолкает.

Бросай его сразу, и он будет безвреден.

* * *

Нам говорят: «Сохраняйте достоинство».

Ждать можно с достоинством.

А как с достоинством догонять?

Чехов

Допустим, к большому чиновнику сегодня, допустим, явится А.

После его ухода чиновник долго будет заглядывать под книгу, перевернёт, потрясёт, перелистает и скажет: «Вот тип… Где же содержание?»

* * *

Животные – это наше воображение, как и другие любимые.

* * *

Я хочу, чтобы меня любили безответно, страстно и немедленно.

Дальше я сам разберусь.

* * *

У нас сатирику помогают все.

Он не должен быть талантливым…

ТВ само говорит через него.

Исправления, вырезания из текста создают особую прелесть изображению и звуку.

Заикания, вздрагивания передаются слушателям в виде волнения и нагнетания.

Как легко творить в такой атмосфере!

* * *

– Миша! Рассмеши его так, чтоб он умер от смеха.

– Зачем?

– Мне это нужно. Ну, поверь. Ну, сделай. Никто не придерётся. Ты понял?

– Я не уверен.

– А я уверен. Давай вот ту, с матом… Квартиру я организую.

– Ты с ума сошёл!

– Никто не докажет.

– Теперь пойми ты меня. Чтобы было смешно ему – надо, чтобы было смешно мне. А как мне будет смешно, если ты такое задумал. Я не выдержу, я ему скажу: «Приятель, что тут смешного? Не смей смеяться. Оно всё тупое и с матом. Я сам этого стыжусь. И пошёл вон, или уйду я».

– Это если он не будет хохотать?

– А если он не будет хохотать, тогда я буду думать, что это я стал бездарным. И умру я. И если ты рассчитываешь на это, то ты больше не приходи.

Правда или то, что думаешь

Кто-то предложил:

– Давайте сегодня вечером говорить правду.

Наш главный друг, глава района, сразу сказал:

– Нет.

Мы говорили правду без него.

Переругались через пятнадцать минут.

Я говорил сначала одной женщине:

– Я тебя хочу.

Потом – другой.

Мы говорили то, что думаем, и как-то так вышло, что все выглядели неприглядно.