Саксофон Гавриила

Дылда пнула её коленом в грудь:

– На, с-сука, ещё трепыхается… Вырядилась, тварь… – Дылда суетливо и неуклюже провела серию коротких ударов. Но маленькая ухитрилась вырвать одну руку и схватить обидчицу за длинные волосы.

– Ой, бля-я, – Держите же её, держите! – Взвизгнула та.

Афродита, нагая, белоснежная выходила из белоснежной же морской пены. Из-за кустов на неё смотрел Пан, ошеломлённый, пришибленный и раздавленный красотой, потерявший способность хоть как-то двинуться и сойти с места. Я был тем Паном, когда глядел на дерущихся девчонок.

Дылда взвизгнула громче.

– Получи, коза, – мелкая пнула ей между ног. Знакомый голос из компьютера.

– Маша? – Я наконец очнулся и бросился к девчонкам. Её мучительницы пустились наутёк. Это действительно была Маша. Её волосы растрепались, блузка выбилась из юбки, левая щека покраснела.

– Да придёт Спаситель! – Нервно рассмеялась она.

– Извини, я промедлил. Ты меня видела?

– Угу. Но это нормально. Я умею драться.

– Знаешь, почему я медлил?

– Не-а, – она мотнула головой.

– Потому что вид дерущихся девчонок почему-то вызвал во мне странное чувство – что-то сексуальное.

– Ага, сексуальное, – она снова мелко рассмеялась.

– Я просто тебе говорю честно, потому что мне стыдно, что я промедлил, и чувствую, что нужно откровенно во всем признаться…

– Да, сексуальное, – укладывая волосы, заправляя блузку в юбку, она продолжала странно прихихикивать к своим словам, – я подарю тебе сексуальность, как-нибудь…

Мы сели на лавочку.

– За что они тебя? – Спросил я.

– За свою зависть. Узнали, что я на свидание пошла, и выследили. Ну и ещё за то, что я в компьютерный зал пролезла, а директриса узнала и всем разгон устроила. Они все против меня.

– Ничего. Теперь все будет в порядке.

– Гонишь? – Маша с недоверием посмотрела на меня.

– Я буду играть милиционера. Потом буду играть бандита. А сейчас играю Илью. Это одна из моих ролей. Я ведь теперь актёр, хожу на курсы актёрского мастерства. В какой зал ты залезла? – Сменил я тему. – В школе, что ли?

– Ага, в школе, в школе, – Маша отвернулась.

– А эти девчонки – твои одноклассницы?

– Ага, одноклассницы, – она потёрла нос. – Пить так хочется.