Брак по расчёту

Правда, в отличии от своего портретного двойника, изображённого в кожаной куртке с водолазкой, реальный Голенбоген – Гелентваген был одет в строгий серый костюм с галстуком и каким-то значком на лацкане. Дресс-код, понятно.

«Вот это встреча!» – подумал я. «Значит, те портреты написаны не так давно, как я думал. Почему же всё-таки заказчики их не забрали?».

– Проходите, садитесь, – глубоким баритоном произнёс чиновник, показывая рукой на кресло возле стола.

Я прошёл, сел.

– Вы из «Дженерал-график», – не то спросил, не то констатировал Голенбоген, сверля меня своими чёрными глазами.

– Совершенно верно, – кивнул я, невольно отводя взгляд. За высокой спинкой чиновничьего, явно – очень дорогого кресла, на стене висел портрет Президента. На него я и стал смотреть.

«Ну, и глаза, ёпрст! Как у киллера какого, прости, Господи!».

– Вы – дизайнер?

– Дизайнер.

– Как мне к вам обращаться?

Я пожал плечами.

– Просто – Леонид.

– Очень хорошо, Леонид, – Голенбоген-Урус открыл ящик стола, достал какую-то бумагу и протянул мне.

 – Вот, ознакомьтесь.

Я взял листок и принялся его изучать. Это была отпечатанная на лазерном, опять же – очень дорогом принтере, фотография. На ней хозяин кабинета, в уже знакомой мне кожаной куртке, стоял на фоне каких-то древних каменных хреновин и задумчиво смотрел вдаль.

– Это, – чиновник ткнул пальцем в бумагу, – я. На календаре, который мы хотим у вас заказать, должно быть именно это изображение….

– Понятно, – пробормотал я, хотя, честно говоря, ничего не понял.

«Неужели он и в самом деле хочет развесить свою морду по кабинетам подчинённых? Дабы те боялись и трепетали… Во бред-то!».

– Теперь, собственно, о самом календаре, – продолжил чиновник. – То есть о цифрах. Вернее, о числах, – он достал ещё одну бумагу.

На ней была знакомая всем сетка дней. По месяцам. И, почему-то на текущий год. Не поздно ли господа из Комитета по мониторингу спохватились?!

«А это ещё что такое?» – я удивлённо вгляделся в цифры.

Сетка всё-таки оказалась нестандартной. Во-первых, там не было выходных дней, которые в обычных календарях обозначаются иным цветом, нежели будни, и располагаются справа. Во-вторых красным оказались выделены числа совершенно случайные, разбросанные по всей сетке. Например, двадцать первое июня, тридцать первое июля, двадцать третье сентября, и так далее.

– Вам что-то неясно? – поинтересовался Голенбоген.

«Чёрт его разберёт!» – подумал я.