Бывшая жена драконьего военачальника

Он схватил меня за руку и оттащил от Беккер. – Целитель или нет, но вам будет предъявлено обвинение в порче улик и возможном укрывательстве преступника. Вы военная, в конце концов, неужели не знаете правил?

Обвинение прозвучало так жёстко, что женщина задрожала. И только тогда я поняла, что специалист нёс флакон завёрнутым в платок, а она взяла его голыми руками.

– Наказание будет жёстче, если он погибнет, – припечатал Картер, оттаскивая меня подальше от растерянной целительницы.

– Зачем ты так с ней?

– Теперь я не смогу доказать, что на флаконе нет отпечатков пальцев Итана, – прошипел он разозлённо.

Зелёные глаза следователя сверкнули золотым огнём его магии. Теперь и я задрожала, осознавая последствия ничего незначащего на первый взгляд поступка.

– Она просто хочет спасти пациента. А я…

– Но в итоге рискует не спасти никого. Она подставила Итана, если Шейн погибнет, он не сможет дать показания, – Картер, наконец, дотащил меня до двери и вытолкнул в коридор.

Несколько секунд я растерянно хлопала глазами, быстро перебирая всё им сказанное. Выходит, Итана обвиняют в попытке убийства. Пока что никто не может высказаться в его защиту. А если Грант погибнет и не удастся выяснить детали, то обвинение переквалифицируется в убийство.

– Это не тот яд! – закричала я, прежде чем Ланкастер закрыл перед моим лицом дверь.

– Что? – он вновь развернулся ко мне.

– Во флаконе нечто простое. Я почувствовала щёлочь и будто лебядку. Но отравление специфическое, имеет место пигментация в синий оттенок. Это не тот яд.

– Допустим, – прищурился он. – Какой же тогда?

– Похоже на… голбику.

– Впервые слышу.

– Это тронутое мглой растение. Редкое. Само по себе оно неядовитое, но в больших количествах вызывает разжижение крови. Его используют при лечении…

– Давай без подробностей, – оборвал он меня.

– Я… – взгляд устремился в помещение лазарета к Гранту.

Он уже раз отплатил мне за спасение своей жизни. Боюсь, что следующая благодарность меня просто убьёт. Но имею ли я право решать, кому жить и кому умирать? И так ли важны мои проблемы на фоне того, что Итан может лишиться свободы? Какая глупость, здесь не о чем раздумывать.

– Мне нужна моя сумка лекаря, – произнесла я скороговоркой, развернулась и понеслась прочь.