Доблестный рыцарь

– Немного? Ты нахлебался, как свинья в церковном хлеву! – агрессивно шипел он. – Сейчас я пойду за остальной пьянью, а ты, чёрт, чтобы протрезвел и был готов седлаться, – выпалив это, старший брат оттолкнул Герарда, падение которого остановили деревянные брёвна, и пошёл в заведение общественного налива.

– Ж-ж-жуж-ж-жит, как муха над назёмом, тьфу, – с обидой выронил парень и попытался вернуть себе полноценное равновесие – трактир оказался славной опорой, но необходимо было жить дальше.

Он свернул за угол и узрел валяющегося в грязи постояльца таверны.

На этот раз не рыцаря.

– Нахлебается, значит, как свинья церковная, а потом лежит тут, понимаешь, – Герард подошёл к лежебоке и слегка ткнул его армированным носком поножей, – эй ты, тут ваша милость пожаловала… а ну, по стойке смирно, смерд… – промямлил латник.

Однако смерд реагировать не спешил. Он лишь почесал живот.

– Кому говорят, холоп… подъём… – воин принялся повторно тыкать в крестьянина сапогом.

Выпивоха пробудился и перевернулся на живот.

– Тот-же. Теперь встать.

Мужичок, кряхтя, опёрся руками оземь и попытался подняться. Но на полпути к стоячему положению его резко вырвало. Кровью.

От неожиданности Герард отскочил на метр.

– Мать! – рыцарь аккуратно попятился. – Л-ладно… ты лежи лучше…

Воин развернулся и быстрым шагом удалился. Через полминуты он уже был на месте сбора, где полутрезвые рыцари с упорством, достойным лучшего применения, седлали коней.

– Я почти решил послать за тобой, – усмехнулся капитан, затем пригляделся к коллеге внимательней, – чего бледный?

– Всё в порядке, – Герард вскочил на лошадь в одно движение.

– Дела-а, брат, так ты теперь трезвый! – Варин осмотрелся. – Все готовы? Славно. Но! – он слегка ударил лошадь латной перчаткой по крупу.

Животные последовали за ведущим, и цепочка рыцарей тронулась в сторону крепости. Заезжая в лес, молодой рыцарь бросил нервный взгляд за спину.

IV

– Что, сволочи, хорошо погуляли?! Среди бела дня.

Позор. Позор! Вы – позор ордена! Теперь каждый смерд в сотне километров окреста знает, что его покой охраняют пьяные свиньи! – ротный, не щадя голоса, выказывал своё глубокое неудовольствие поведением подчинённых. – А ты, ты-то куда глядел?! Херовый из тебя капитан, Альвенслебен!

– Простите, ваше благородие, – Варин виновато смотрел вниз, рядом с ним, в похожем положении, выстроилась линейка почти трезвых латников.