Гильдия Алхимиков. Осатанелый город

Новообращенный Шаффурт не попадает ни под какие конвенции, соглашения, совместные декларации, принятые Лигой Наций, Советом Безопасности и Союзом Мусульманских государств и прочими пристанищами для дармоедов. Все феодальные законы, которые действуют на его территории сейчас остаются в силе и не подлежат ни изменению, ни даже обсуждению. Без доброй воли бургграфа и городского совета, разумеется. Ситуация парадоксальная, скажу я вам. Парадокс в том, что став частью исходной вселенной, Шаффурт, в то же время остается суверенным государством, в составе Священной Римской Империи Германской нации, принадлежащей ко вселенной «39—1658».

– Значит, все не так плохо. – Сказал Бакстон.

– Это, как сказать. По законам Империи, все, что в внутри границ государства принадлежит правителю. Вплоть до выбора веры, как вы знаете.

– Что-то я не очень догоняю, к чему вы клоните? – Спросил Филлмор.

– А, ты подумай, Шервуд. Что мы имеем в пределах границ Конрада фон Шаффурта?

– Ну, замок…

– Город. – Добавил Бюлер.

– Деревни, промыслы. – Подсказал Карл Карлович.

– Так, а еще – что?

– Охотничьи угодья. – Радостно сказал Томас Бакстон, радуясь, что нашел еще один пазл мозаики.

– Так. Хорошо. А, что входит в охотничьи угодья бургграфа? Давайте, вращайте мозгами. Или шевелите.

– Твою же мать! – Удивился Эжен Линь.

Барбара Кант запустила в швейцарца апельсиновой коркой и сказала:

– Вот он масштаб катастрофы! Получается, «Система» оставила владения бургграфа в его личной собственности, со всеми пространственными порталами, уже открытыми и теми, которые будут открыты в будущем.

«Племянница» ткнула Канта локтем в бок.

– Совершенно верно. – Сказал профессор, не поднимая головы.

– Но, получается, что все принадлежащие Шаффурту миры остаются, исключительно, под нашим контролем? – Задумчиво выпрямился Бюлер. – Я имею в виду гильдию. И, где здесь крах?

– Все это верно. – Подтвердил Войтеховский. – Все – так. Но разве непонятно, что прогрессивное человечество, не оставит в покое государство, со своими законами, с разделением населения, на мужчин и женщин, с узаконенными сексуальными домогательствами и прочими прелестями патриархата.

– А, что – пока не знают? – Удивилась Старжицкая.

– Пока не знают.