Легенды Невского проспекта (сборник)

И тогда исчезли границы ее желаний, и величественное равнодушие небожительницы проступило в ней.

В ту неделю и всплыла на уста млеющего в летнем зное Невского изменчивая легенда ее жизни. В серебристом «мерседесе» неслась она по проспекту, и пассажиры троллейбусов пялили глаза в окна вниз: водительница была одета в автомобильные перчатки и золотое колье, и ни во что более. Гаишники останавливали ее пожрать глазами и получить милостивую сторублевку: они тоже все знали.

Запахнувшись в соболиную шубу, вплыла она в «Восточные сладости» и чеканно прозвенела через головы:

– Продавец! У вас все сладости продаются?

– Ну, – отреагировала продавщица.

 – А вам чего?

– Сколько стоит это? – бестрепетный пальчик указал на юного красавчика-брюнета из очереди.

– Это? рублей тысячу, – ухмыльнулась продавщица с плотоядным пониманием.

– Получите, – Марина пустила за стекло кассы веер бумажек и взяла красавчика за руку: – Забираю покупку.

Он побагровел и сияя последовал за владелицей. Шуба распахнулась.

Старухи охнули и заголосили. Мужики застонали. Прохожие столбенели и крякали. Пыль взвилась за лимузином: царица совершила мимолетную покупку.

Она сняла зал в «Неве»; официанты были куплены; в заключение пира, средь развороченных гор икры и ананасов, шестеро молодцев выволокли ванну, ее наполнили шампанским, Марина содрала платье от Диора и нырнула в искристую пену.

Наутро она исчезла.

Шейх проснулся в царской постели один.

Поиск был безуспешен.

Ничто из его вещей не было тронуто.

Все покоилось на месте и в квартире Марины. Растворились в небытие серебристый «мерседес», соболиная шуба, подаренные драгоценности и она сама.

Шейх бился в международной истерике. Угрозыск падал с ног.

Передавали, что она рванула через финскую границу, подкупив пограничников и таможню, связанных с мафией Фимы Бляйшица. Фима категорически отрицал такой вариант.

Без надежды искали «мерседес» на Кавказе, куда его могли продать возможные убийцы. И смутно подозревали в исчезновении интересы всемогущего КГБ, но эта версия выяснению не поддавалась.

Марина, достигнув сияющей выси, растаяла в ней бесследно.

Пристрастно допрашивали среди прочих и мальчика из «Восточных сладостей», который был при ней в последний вечер. На вопрос, что она делала, когда они расстались в последний раз, мальчик подумал, вздохнул и сказал:

– Она плакала.

Легенда о стажере

Советский человек и иностранные языки – это тема отдельного разговора.