Райская машина

Наконец Светозар Богданович добрался до щемящего эпизода своей героической гибели вместе со всей ротой в душманской засаде под ангольским городом Окаванго – и надолго замолчал, ища выход из онтологического тупика.

И таки нашёл:

– А всё почему? Потому что в Союзе порядка не было!

И раскрутился обычный разговор о судьбах незадачливой страны – как водится, до хрипа, до крика, до взаимных обвинений и перехода на личности.

… – А чего же ты тогда Сталина на лобовом стекле приклеил? – выставил я очередной аргумент.

– Где же это Сталин? – возмутился Светозар Богданович. – Ты глянь-ка глазами! Вам уже Сталин повсюду мерещится, торговцы отечеством! На воре шапка горит!

Я достал очки и вооружился. Уверен был, что портрет именно сталинский, других водители не признавали – в знак протеста против всего на свете.

Солнце пробивало насквозь небольшой постер, усеянный по краям желтоватыми пятнами клея. Просвечивала же и вправду не усатая физиономия, а обрамлённое бородой узкое лицо (лучше сказать – лик) с громадными скорбными глазами.

Так некогда мадам Блаватская изображала Учителей Человечества.

– В католических странах дальнобойщики тоже Христа да святых прилепляют, – сказал я.

– Типун тебе на язык! – обиделся Денница, словно я обвинил его в порнографии. – Борода, не грузи меня своей простотой! Это же Бодаэрмон-Тирза! Ты заметил, что мы ни единого колеса не пропороли? И не пропорем, потому что фотка – заряженная!

– Очередной индийский гуру, – сказал я.

 – Свами Снами Сатананда. Сколько их было!

– Сам ты гуру! – обиделся речник-есаул. – Что бы мы без него делали? Сидели бы, как мыши под веником, да ждали, когда нас блуждающим астероидом Бриареем накроет!

Я знал, что спорить с неофитами тоталитарных сект – дело последнее, поэтому сказал:

– А-а, Тирза! Тогда конечно. А ты знаешь анекдот, как папа подарил грузинскому мальчику золотой пистолет с брильянтами?

И рассказал этот довольно старый анекдот, и еще десяток вдогонку.

Нет, ничего не изменилось в этом мире доверчивых дураков и бесстыжих проходимцев! Сами всё врут и сами всему верят. Крэмы они заряжают… Ты обманывал нас, сумасшедший певец, ниоткуда никто не вернётся…

2

В день Страшного Суда двери рая откроются для счастливцев. Они войдут туда, вращаясь, поскольку вернутся к жизни в самой совершенной из форм, сферической. Так рассказывает Ориген.