Тодариум

Но неизбежное всегда наступает, как бы мы этого не хотели: однажды твой секрет раскопают, громко откроют шкаф, откуда выпадет скелет, или ты сам все расскажешь, плача и моля, чтобы тебя выслушали. Это неизбежность.

Подобное произошло в 2007 году, когда один из секретов с шумом был раскрыт.

Один из самых главных секретов маленького города Ловирдейла.

Самый волнующий секрет места, указанного как маленькая точка на дорожной карте с едва выведенным названием.

Секрет, раздирающий на куски от осознания произошедшего.

2

Началось все зимой 1984 года, когда молодая семья отправилась искать свое будущее в новом городе вблизи Миссури, покидая лесную общину.

Я, сжимая кулаки, что есть мочи, сидел в дальнем углу кузова нашего грузовика, проговаривая молитву, одновременно проклиная в голове знойный холод. Грузовик передвигался медленно из-за аварийного состояния и бушующей зимней пурги – натянутый тент грузовика промок, и вода постепенно скапливалась у стенок кузова.

Губы, как и руки, онемели.

Ноги стали согреваться после того, как Невилл, мой брат, отдал мне свои заштопанные ботинки. Шнурков не было, они использовались как веревки для остатка вещей.

Периодические кочки на дорогах не давали заснуть и лишний раз напоминали о длинной дороге. Повернув шею в сторону, я увидел Невилла, желваки на его щеках не переставали дергаться, а стук зубов подтверждал мое опасение – он замерз. Его шапка была натянута до бровей, а руки спрятаны в потрепанное и рваное пальто. Заметив мой взгляд, он улыбнулся и кивнул.

В его огромном бауле сверху была спрятана банка консервированных персиков, наша небольшая добыча. По правде говоря, добыча Невилла – он стащил ее на заправке недалеко от Дерк-Кутта.

Я кивнул подбородком в сторону персиков, как бы спрашивая разрешение. Как ожидалось, брат отрицательно махнул головой. Мы договорились с ним, что откроем банку, лишь, когда начнем подъезжать к Ловирдейлу.

Вновь повернув голову, я уставился на хлопья снега, залетавшие к нам снова и снова.

«И стоило ехать сюда? Ради… чего?» – подумал я про себя.

– И ради чего мы уехали? – отрывисто спросила женщина, укутанная в тонкую шубу, больше похожую на дубленку с мехом.

Ее вытянутое лицо с багровыми от холода щеками утонуло в шерстяной шапке. Это была мужская шапка – женщине она была крайне велика.

– Ради чего? Ради… Я устал повторять! – огрызнулся мужчина, вцепившийся в руль обеими руками.

Его пальцы мертвой хваткой схватили руль и не выпускали.