Терзающий небо

Поняв, какой силой обладает создание, и что ей угрожает реальная опасность, девочка стала медленно отступать вглубь сада, намереваясь побежать при первой же возможности. С сопровождающим звуком ломающегося дерева существо вытащило передние конечности из пола, сгруппировало их, приладив к туловищу так, чтобы они вовсе стали не видны, затряслось всем телом и, вжавшись само в себя, медленно изрыгнуло из пасти предмет. Предмет, величиной с небольшой котелок, упал на пол, издав неприятный хлюпающий стук.

А существо, такими же рваными и не уловимыми для глаза рывками, неловко слезая с перилл, пятясь, скрылось во тьме.

Девочка, взбежав по крыльцу к двери, стараясь не попасть в образовавшиеся дыры и не запнуться о непонятный предмет, мельком бросила взгляд на то место, где восседало существо: вся древесина была покрыта слоем отвратительно пахнувшей голубовато-серой слизи.

Закрыв за собой дверь, девочка всю ночь просидела на полу, вслушиваясь в звуки за пределами дома, но ночь была безмолвна, и лишь шелестели на ветру деревья орешника.

Как только стало светать, девочка, решившись, отворила дверь, дабы посмотреть, что же «оставило» существо на пороге дома. Она подошла ближе и наклонилась, не понимая, что же это за округлый, покрытый какой-то рыжей шерстью предмет…

Но тут до неё дошло.

И отчаянный, полный ужаса крик пронёсся по деревне, залетая в каждый дом и заставляя вскакивать с постелей мирно спящих жителей.

1

Сквозь пелену дождя в едва различимых ночных очертаниях нескольких десятков домов свет горел лишь в одном.

Диковинно безлюдной казалась деревня, окутанная, словно кокон, нитями дождя, смешанными, будто для прочности, с чернотой опустившейся ночи.

Стоявшую неподвижно в бледно-оранжевом окне тень можно было принять за неодушевленный предмет, если бы она, когда всполох молнии озарял деревню, не пряталась вглубь избы. Через пару минут тень вновь появлялась в окне и замирала, безмолвно взирая на однообразную картину разбушевавшейся стихии.

В тусклой, освещаемой лишь старинной слабой керосинкой комнате стояла старуха и, не отрываясь, глядела на ливень, а глаза её были полны тревоги. Комната утрачивала свою определённость в ночи, и всё, что находилось дальше пары метров от освещения, съедалось сумраком помещения. В немощном отблеске огня угадывались очертания грубого стола, стула, в белёсых разводах стены, рамы окон и кровать.