Выйти из Игры

Время от времени краем глаза я замечал, как за нами наблюдают то Ян, то Феофил, но они не вмешивались в процесс обучения и я продолжал мучить новобранцев так, как считал необходимым. Напоследок я выбрал из корзины с мечами наименее гнутый клинок и, взяв тот щит, что поменьше, начал отрабатывать бой копейщика с меченосцем по старой схеме «защита – атака». В итоге рекруты начали попадать хотя бы в щит, а я освежил в памяти, как щитом можно закрываться от ударов. Так что обучение пошло на пользу всем присутствующим, хотя я сомневался, что мои будущие противники будут такими неуклюжими и медлительными.

За день я настолько привык к тупости рекрутов, что, когда очередное конопатое чудо после того, как безуспешно попыталось в очередной раз поразить меня копьём, замерло на месте, глядя куда-то в небо вместо того, чтобы отдернуть своё оружие, я воспринял это как должное. Сильным ударом отбил жердь в сторону, шагнул вперёд и наметил удар мечом в голову. Однако мой противник даже не попытался отразить мой удар или спрятаться от него за щитом.

– Гляди, летит, вон оно как, летит! – загомонили они, тыча пальцами с обкусанными ногтями в небо. Я шагнул назад, разрывая расстояние на случай, если мой копейщик внезапно очнётся и попробует повторить свою атаку. Теперь он до меня точно не доставал, и я наконец смог повернуть голову. Повернул, посмотрел, что так отвлекло всех от тренировки, а когда разглядел, то со всех ног кинулся к шатру с вымпелом, бросив щит и меч прямо под ноги рекрутам.

– Дракон! Там дракон! – заорал я ещё издали, тыкая пальцем в приближающегося крылатого ящера.

Десятник, священник и писец с недоумением переглянулись.

– Ты, это, парень! Короче – кончай орать, в ушах от тебя уже звенит. Чего рекрутов на поле одних оставил, научил уже всему? Тогда скажи Яну, пусть назад их ведёт.

– Вон там дракон! – повторил я на полтона ниже.

– Ну дракон. И что?

– Как что? Это же дракон! Ящер! Сейчас как подлетит, как огнём плюнет – никому мало не покажется.

– Не ори! – наставительно произнёс десятник, устраиваясь за столом поудобнее. – Этот дракон не опасен. Он… это… как её?

Десятник вопросительно посмотрел на писца.

– Абстракция, – буркнул тот, не отрываясь от своего свитка.