Желтая линия

– Наверно, обратно на базу, – предположил я. – Пусть ставят нас в новый экипаж.

– Не знаю, Беня, не знаю. Во-первых, хочется ли тебе снова гоняться за червями, рискуя сломать шею?

– Сам не знаю, чего мне хочется.

– Во-от. И еще боюсь, на нас повесят стоимость разбитого ледохода.

– На нас?! Мы-то здесь при чем?

– А на кого вешать? На червя? При таком раскладе, Беня, мы будем тут ишачить почти даром.

– И что ты предлагаешь?

– Бежать отсюда надо. Согласись, лучше числиться среди погибших, чем среди раздолбаев, которые угробили ледоход.

– Куда бежать?

– Понятия не имею. Спросим у дамочки, какие варианты она сможет предложить. Думаю, найдем удачный ход…

Мы одновременно посмотрели на Кох-Иль. Она ответила нам ослепительной улыбкой и сказала:

– Связь есть! Сейчас будет обед.

– О-о! – Я и Щербатин, не сговариваясь, захлопали в ладоши.

Пространство внутри рамки словно подернулось рябью, и в следующую секунду из него выпала продолговатая белая коробочка. Дамочка положила ее себе на колени, осторожно открыла и начала кушать.

Некоторое время мы смотрели на нее и улыбались. Она нам тоже улыбалась. Потом наши улыбки стали какими-то натянутыми.

– Сударыня, – пробормотал Щербатин. – Простите за навязчивость, но… Когда доставят порции для нас с товарищем?

– Для вас? – Кох-Иль искренне удивилась. – Разве для вас должны что-то доставить?

– Не то чтобы должны… – Щербатин, похоже, смутился, что случалось с ним крайне редко. – Но нам тоже хотелось бы… э-э… В некотором роде немножко покушать…

– О, я понимаю, что вам нужно питаться.

Дело в том, что смета не предусматривает питание посторонних. И тем более – доставку этого питания. Только я и Иль, но он уже исключен из сметы.

– Да я понимаю, – примирительно улыбнулся Щербатин. – Все получилось так неожиданно, мы тут тоже оказались непонятно как… Одним словом, положение сложилось критическое, и нам требуется помощь…

– О, я вас понимаю, – участливо заверила нас женщина. – Но я не занимаюсь разрешением критических ситуаций.

Извините, я здесь совершенно по другой части.

Возникла небольшая, но тяжелая пауза.

– По другой части? – В голосе Щербатина просквозило нехорошее напряжение. – И что же нам делать?

– Питайтесь за счет собственных ресурсов. – Кох-Иль снова очень мило улыбнулась.

– Послушай, дамочка! – зарычал Щербатин. Это прозвучало как «Ты, сука!». – Каких еще ресурсов! Мы сидим тут и дохнем с голода. А ты рассуждаешь про смету.