Заговор обреченных

. А она сработала. Через пять минут вломились гонорейщики и...

– Кто-кто?

– ГНР – группа немедленного реагирования. И как ты думаешь, где я оказался?

– В ментовке.

– А вот и не угадал. В больнице. Когда я дернулся в карман за удостоверением, они расценили это как попытку нападения и... Потом, правда, мне агентство возместило деньгами. Я даже доволен остался.

– Может, ты и здесь доволен будешь. Вообще многим нравится. Только ты одно должен понять – обратного пути нет. Все, что ты тут видишь, – это навсегда.

– А тебе здесь нравится?

– Нравится – не нравится, какая теперь разница? – в голосе у Вовчика просквозила нервозность. – Ты ешь давай...

Я оставил опустевшую банку и умиротворенно вздохнул. После еды стало хорошо. Я даже не особо нервничал из-за своих приключений.

– Рассказывай дальше, – потребовал я. – Как вы тут живете, чем занимаетесь?

– Чего тебе рассказывать, – Вовчик встал и прошелся по комнате, о чем-то раздумывая. – Тебе Контролер-проводник все расскажет.

Знаешь что, посиди-ка тут часик-другой один, ладно? Мне отойти надо в одно место...

– Если надо – иди.

– Да, схожу кое-куда. А ты поспи или книжку почитай, – он подвинул мне замусоленного «Всадника без головы».

– Лучше посплю. – Меня и в самом деле после еды в сон потянуло.

– Только не выходи никуда.

– А ко мне никто не войдет?

– Еще чего! Эти обезьяны меня за километр обходят. Если боишься, могу автомат оставить.

– Не надо. Тебе, наверно, он нужней.

Вовчик прыгнул в люк, и стало тихо.

Я некоторое время постоял у окна, разглядывая город. И снова мне стало не по себе. Все здесь было какое-то чужое, неправильное и неживое.

Пару раз я видел, как люди в огромных штанах крадутся вдоль стенок. А потом через площадь медленно проплыл ялик, где было несколько пассажиров. Они, собравшись в кружок, ели.

Я устроился на лежанке и закрыл глаза. В ту же секунду меня, беззащитного, окружили всякие дурацкие черные мысли. Но я очень ловко ускользнул от них в мир снов.

Мысли покружили надо мной и разлетелись в разные стороны до лучших времен.

* * *

Я проснулся от звонкого щелчка, после которого помещение залил яркий свет. Я вскочил, бестолково хлопая глазами, потом выглянул в окно.

В городе уже стояла ночь, но отовсюду лился свет – из окон домов, с верхушек мачт и башен, от толстых столбов, стоящих почти у каждого дома.

Внизу кто-то шаркнул ногой – это был человек, быстро идущий по краю площади.