Разлом

 – Ты откуда?

Это и в самом деле был Гонец. Только теперь он выглядел непривычно деловитым, напряженным и резким. Он схватил обоих беглецов за рукава и потащил к двери фургона.

– Быстро в будку, и чтоб ни звука! Хорошо поняли?

– Зачем нам туда? – пробормотал Дед, успевший разглядеть на боку фургона какой-то угловатый пугающий знак.

– Закрой хлебало!

Дверца захлопнулась, щелкнул простой запор снаружи. В темном нутре фургона колыхался затхлый кисловатый воздух, наводящий на мысли о свинарнике.

В дальнем углу вдруг раздался шорох.

– Кто здесь?! – Дед судорожно полез за спичками.

Маленький огонек рассеял тьму. Обнаружилось, что на узких жердочках-скамейках в будке примостились еще два пассажира. Один – совсем молодой, в рабочем комбинезоне, с узелком на коленях. Второй же был непонятного возраста, небритый и нестриженый, одетый в тряпье. Он то и дело кашлял и чесался.

– А вы кто такие, хлопцы? – с подозрением спросил Алекс. – Арестанты, что ли?

– Я в армию записался, – с достоинством ответил молодой.

– Ну, понятно, – вздохнул Алекс. – Наш чудесный друг Гонец и в самом деле стал заготовщиком пушечного мяса. Сделал карьеру, сука.

– Ну, что? – отозвался Дед. – Дергаем отсюда, пока не поздно?

– Предлагаешь ломать дверь?

Скрип колес вдруг затих, повозка остановилась.

– Ага… – зловеще прошипел Дед. – Сейчас он дверь открывает – и сразу бью в сопатку…

– Тихо, дурень! – Алекс схватил его за руку.

Снаружи послышались голоса.

Звучали они довольно резко и на благодушный лад не настраивали – в их хоре Алекс отчетливо различил слова «военная жандармерия». Значит, не успокоились, оцепили квартал, пытаясь поймать ускользнувшую добычу. После этого заговорил Гонец – его было слышно гораздо лучше, поскольку он стоял совсем рядом, буквально за фанерной стенкой фургона.

– Господа офицеры, вот мои бумаги. А вот эмблема на борту фургона. Я перевожу имущество, принадлежащее мобилизационному комитету. И вы не имеете права меня задерживать или досматривать.

Если же вы намерены нарушить чрезвычайный приказ комитета, я предупреждаю о праве применить все доступные мне меры защиты…

В следующую секунду Дед и Алекс с перепуга втянули головы в плечи, потому что снаружи послышался голодный металлический лязг автоматного затвора. Однако Гонец, похоже, оказался мужиком умным, стрелять не решился, видимо, понимая, что жандармы явно превосходят его по количеству стволов.