Разлом

Или же делали вид, что не обращают. Гольм вдруг с шумом втянул воздух, принюхиваясь к ароматам чьей-то кухни.

– Кстати, есть предложение, – изрек он, – найти ближайший кабак и подкрепиться. Я бы заточил пару ломтей мяса. А если еще и кружечку глинтвейна сверху…

– Удивительное ты существо, Гольм, – покачал головой Ударник.

– Чего?

– Да ничего… мы тут из мясорубки еле вырвались, не знаем, что с нами через час будет, сердце екает… а тебе все нипочем. Только бы брюхо набить.

– Я с пустым брюхом вообще ни о чем думать не могу.

– Эй, застава! – раздался вдруг громкий окрик откуда-то сзади.

Шедший последним Дед быстро обернулся.

– Вот ведь черт… – обронил он.

Группу нагонял вооруженный автоматом всадник, за ним неловко семенили еще трое каких-то странных типов в мешковатой коричневой униформе, с простыми пехотными винтовками наперевес.

– Не дергаться! – сразу приказал Ударник.

– Кто это такие? – нервозно пробормотал Алекс.

– Офицер на лошади вроде наш, дивизионный… а эти клоуны – не пойму… – Разглядев у всадника нарукавную повязку, он добавил: – Похоже, комендатура. Да, рожа знакомая.

– И чё?

– И ничё. Стойте тихо, как паиньки. Я попробую разрулить.

Ударник сунул Алексу свой автомат и решительно зашагал навстречу всаднику. Правая рука потянулась к карману с бумагами.

– Да не доставай, узнал! – со смехом махнул рукой офицер. – Вы откуда тут взялись?

– Мы-то?.. Ну, так… с поезда идем.

– С поезда? – удивился офицер.

– Да в Штаб.

– Ну, вы даете… заблудились, что ли? – Он потянул поводья, не позволяя лошади позавтракать чахлыми зимними цветами из чужой клумбы. – Я вообще-то спросить хотел. Что у вас там, в полях, творится? Тут говорят, уже какие-то танки видели.

– Танков пока не было, – развел руками Ударник. – Но бардак помаленьку обретает зримые черты. Если интересно, нам местные ночью заставу спалили…

– Ничего себе! А вы что?

– А мы – к любимому начальству, за добрыми советами и инструкциями.

– Ну, здесь тоже какой-то бардак назревает. Который день полковники с выпученными глазами по городу носятся. А что происходит, никто толком сказать не может. Кстати, зря вы с оружием в город претесь.

– А что такое?

– Да знаешь… настроения какие-то поганые бродят. Стали косо на вашего брата поглядывать. Особенно беднота всякая.