Отраженная угроза

Добродушное широкое лицо, глаза с морщинками-лучиками, рабочая кожаная куртка, сапоги с легкой корочкой глины. Легко было представить, как он вместе с соплеменниками, например, выталкивает застрявший трактор. Наверно, жалко будет, если прилетит какой-нибудь социопсихолог и решит, что его нужно убрать во имя спокойствия и благополучия бизнеса.

Его звали Ковтун. Даниил Ковтун.

– Нашлись, наконец, – ласково усмехнулся он, здороваясь с Сениным.

Сенину было не до усмешек. И не до ласки.

– Ну, рассказывайте, – произнес губернатор.

– Вначале вы, – очень сдержанно улыбнулся Сенин.

– Пожалуйста. – Ковтун всем своим видом изобразил готовность к серьезному диалогу. – Спрашивайте, что вам интересно.

– Я уполномочен администрацией Сектора проверить сигнал тревоги, поступивший отсюда 19 августа. Знаете, о чем идет речь?

– Да знаю, не показывайте, – поморщился губернатор и махнул рукой, останавливая Сенина, который уже полез за планшетом. – Недоразумение. Чистое недоразумение, и не стоило вам беспокоиться.

Ох как нелегко было Сенину держаться в роли строгого проверяющего после того, как побывал в столь глупом положении. Куда проще было бы развести руками и вместе посмеяться над злосчастным недоразумением.

– Извините, но сообщение получено по гиперканалу и имеет официальный статус. Нам пришлось побеспокоиться, и не только нам.

– Да какое там... Скажете тоже – официальный!

– Следует ли понимать, что сигнал тревоги был ложным?

– Конечно! – рассмеялся губернатор.

– Это ваша официальная позиция? Должен предупредить, что работает система «Протокол», и все сказанное вами приравнивается к даче показаний.

Сенин говорил и пристально вглядывался в лицо Ковтуна. Он смотрел – не дрогнет ли хоть один мускул. Не блеснет ли лед в лучистых глазах. Он не верил насмешливому голосу губернатора.

– Я знаю. Так и пишите – у нас все в порядке. Я уже и капитану лайнера сказал, и начальнику Сектора еще раньше сказал, и вам то же самое говорю.

– Хорошо. В таком случае прошу объяснить, каким образом произошел несанкционированный доступ к передатчику. И установлен ли виновный.

– Занимаемся, – с досадой поморщился Ковтун. – Стараемся узнать, что да как.

– Кто занимается? Какие конкретные действия предприняты? Я могу поговорить с людьми, которые ведут расследование?

– С людьми? – Ковтун пожал плечами. – Ну, это можно.

Он взял рацию и вызвал какую-то Ангелину.