Последняя тайна осени

Дружеских отношений они не потеряли, но Михалыч постоянно просил Васина не называть его на «ты» при подчиненных и посторонних. Васин всякий раз соглашался, однако не мог пересилить себя. Его просто разбирал смех, когда он говорил «здравствуйте, Юрий Михайлович» своему старому приятелю, с которым столько было пережито и выпито. Михалыч злился, считая, что Васин этим тлетворно действует на его авторитет и субординацию в отделе.

Васин Михалыча уважал. Хотя бы за то, что тот не спросит «почему ты такой загорелый».

Он – старый сыщик – сразу поймет: загореть на такой собачьей работе можно только в отпуске. Правда, на сей раз у Михалыча не было необходимости проявлять чудеса смекалки: он был начальником Васина и прекрасно помнил, что через два дня у того кончается отпуск.

– Что так рано? – спросил Михалыч, протягивая руку. – Тебе, если не ошибаюсь, еще два дня гулять.

– Да вот… Не удержался. Пошел на вокзал сестру встречать, а поезд опаздывает. Два часа убить надо – дай, думаю, зайду…

– Соскучился, значит? Как отдохнул?

– Прекрасно! У деда на огороде хорошо отдыхается.

– Я и смотрю, загар у тебя не пляжный.

– Все правильно. А у вас-то как дела?

– Помаленьку. Как обычно: ловим – сажаем, ловим – сажаем…

– А еще?

– «Квартирникам» дали две единицы за счет местного бюджета…

– А нам?

– А вас, «убойников», и так достаточно.

– Не скажи, Михалыч…

– Да ладно… Стручков перевелся в участковые – вот тебе еще новость.

– Из-за квартиры?

– Конечно. Легко ли – с двумя детьми в общежитии? – Михалыч отодвинул в сторону спичечный коробок, будто избавляясь от этой грустной темы.

 – Ты говоришь, сестру сегодня встречаешь? Откуда же?

– Из Берлина.

– О-о!

– Сестренка у меня не промах. Два курса иняза закончила и поехала на практику в Германию. Конкурс был двенадцать человек на место, а она вот…

– Молодец. Выпить небось привезет. Чего-нибудь вкусненького, а?

– Надеюсь, догадается.

Васин посмотрел на часы, встал.

– Пойду я, Михалыч, с ребятами повидаюсь.

Он пересек коридор толкнул дверь своего кабинета. Это был не просто кабинет. Это был штаб, где принимались самые важные решения. Это был очаг, к которому они возвращались после самых трудных заданий и командировок. Это была таверна, где иногда они отмечали свои маленькие радости и победы. Одним словом, для каждого это был второй дом. Как и в любом доме, здесь бывало всякое – и хорошее, и не очень. Но стены их второго дома были привычны и надежны.