Грехи ночного неба

– Не узнаешь, что ли? – спросил мальчишка.

Пашка вгляделся в круглое лицо с мягкими чертами, окинул взглядом рыжие кучерявые волосы.

Узнаю, – сказал он. – Ты – Серега.

– А я думал, забыл. Помнишь, как мы на вокзале-то?.. Ты мать-то нашел?

Пашка помотал головой.

– А я тебя еще вчера узнал. Тебя откуда сюда пригнали?

– Ниоткуда. Меня на вокзале нашли.

– Понятно. А я думал, куда ты тогда делся-то? Думал, может, ты мать нашел. А правда, куда ты пропал тогда?

Пашка смутился. Почему-то не хотелось врать старому приятелю.

Со взрослыми было проще.

– Да я... Так, – прошептал он.

– Понятно. А нас с ребятами с поезда сняли. Мы в Москву поехали. Меня сначала матери вернули, но я опять убежал. Тогда меня сюда... Но я и отсюда убегу.

Пашка лихорадочно думал, что бы ему рассказать про себя.

– Слушай! – продолжал Серега, – просись у Нины в наше звено. Мы сегодня в столовке дежурим. Просись, вместе будем, а?

– Давай, – сразу согласился Пашка.

Однако проситься не было нужды.

Пашку определили работать по столовой, потому что все остальные звенья уже собрались и разъехались: кто собирать мусор в сквере, кто подметать дорожки на Братском кладбище, кто на фабрику – на экскурсию.

В звене, кроме Пашки, было еще человек двенадцать. Дети называли его «новенький» и часто обращались к нему с разными вопросами. Им нравилось, как серьезно и внимательно этот малыш умеет слушать, как рассудительно отвечает.

Пашка ходил между столами с большой влажной тряпкой и смахивал на пол крошки, вытирал лужицы какао.

Серегу Нина Ивановна отправила в другой зал переворачивать стулья. Там девочки начинали мыть пол.

Когда столовая была убрана, воспитательница собрала детей вместе и объявила, кто как трудился. Про Пашку она сказала, что он работает старательно, но надо чуть побыстрее.

Не успели дети толком отдохнуть, пришло время накрывать столы к обеду. Пашке как самому маленькому ставили всего три тарелки на поднос, и он с величайшей осторожностью нес его между столами.

Вскоре к нему присоединился Серега, и работа пошла веселее.

На столах уже дымились кастрюли с супом, блестели чистые тарелки в ожидании воспитанников. На отдельных тарелочках лежали свежие песочные пирожные к чаю.

За дверями нарастал шум голосов. Воспитанники помыли руки и ждали, когда их пустят в столовую.

Они влились неудержимым разноцветным потоком, галдя, грохая стульями и посудой.