Уроборос. Часть вторая: тень рока

Пожалуй, в этом и есть суть веры. Слепое исполнение нерационального по воле бесконтрольного хаоса. Поиск пути к спасению, которого нет. Человек не способен принять тот факт, что его судьбу решает случай. Гораздо проще мыслить, что есть некое предназначение, провидение, что искусно плетёт нити судьбы.

Раздался мощный взрыв, и в двухстах метрах от него стена огня устремилась к закопчённым небесам. Комья горячей земли градом посыпались вниз. Затем ещё один взрыв и земля под ногами вздрогнула, словно по ней пробежали невидимые волны.

– О Боже, нет! Я не хочу умирать! – истерически орал Эзекиль, окончательно срывая голос.

Да, выживание вещь парадоксальная. Чтобы выжить, нужно быть в меру храбрым и в меру трусливым. Храбрым ровно настолько, чтобы упорно бежать сквозь воцарившийся ад. Трусливым же настолько, чтобы вовремя спрятаться и переждать, отсидевшись где-нибудь в глубокой канаве. Храбрым, чтобы выбраться из этой самой канавы и не остаться там навсегда. Трусливым, чтобы найти новое укрытие, ещё лучше подходящее для выживания.

Да-да, именно выживания. Что до выполнения боевой задачи, то это осталось где-то далеко в прошлом. Это настолько малозначимо и бессмысленно, в сравнении с собственной жизнью, что охваченный паникой разум блокирует подобные мысли, прогоняя их далеко на задворки сознания.

Да и какие задачи, когда вся их фаланга разбита, ровно, как и десятки таких же. Ужасные орудия разорвали его боевых товарищей в клочья. Разбросали их обожжённые, изувеченные останки на многие сотни метров вокруг.

Конечно, основные ударные силы авангарда ещё не вступили в бой, они терпеливо ждут, прощупывая оборону своего врага при помощи небольших ударных групп по несколько фаланг в каждой.

Сопротивление, которое оказал семнадцатый сектор, оказалась гораздо серьёзнее, чем того ожидали доминионцы.

Да, Эзекиль прекрасно понимал, что ещё каких-нибудь триста метров, и он выйдет из зоны действия «Искупителей», а значит, у него наконец-то появится шанс выжить. Единственное, что капрал никак не мог понять, это то, что ему делать дальше. Что делать, когда он всё-таки доберётся до вражеских окопов.

Преодолев ещё сотню-другую метров, Эзекиль заметил, что плотность артобстрела значительно снизилась.