Уроборос. Часть первая: Змеиный культ

Человечество лишилось интернета, радиосвязи и систем спутникового наведения. Работают лишь локальные, стационарные электроприборы. Средств связи практически нет. Самое распространённое средство связи это депеша и гонец. Тессеракт экранирует всю планету, вызывает серьёзные помехи и артефакты, сбои в электронике, – Гавриил тяжело вздохнул и замолчал, обдумывая, не пропустил ли чего важного.

– Невероятно. Я слишком долго спал… То есть, в Эдеме теперь нет ни одного ангела? – Михаил снова присел на металлическое ложе.

– Не совсем. Перед тем как Эдем был заключен в гипертессеракт, Мария попросила Люцифера позволить ей вернуться на Землю. Она сказала, что у нее есть личное незаконченное дело. Он разрешил ей это сделать, с условием, что она станет сторонним наблюдателем, и не будет вмешиваться в дела людей. Ко всему прочему, Самаэль поручил ей отыскать первый тессеракт, в котором заключен Астарот и стать его хранителем. Этот куб был утерян во время бунта, а это недопустимо, – Гавриил внимательно смотрел на брата, словно пытаясь предугадать, как он будет реагировать на сказанное.

– Мариэль… Я прочитал ее письмо в тот день. Она просила меня покинуть Эдем, просила не подавлять бунт. А еще она хотела, чтобы я подарил Йозефу вечную жизнь и молодость так, как когда-то подарил Персивальду. И я сделал это. Сделал его бессмертным. Думаю, она отправилась в Эдем именно из-за него, – Михаил широко улыбнулся.

– Надеюсь, удача будет благоволить ей, – Гавриил чуть склонил голову.

Несколько секунд пророк был неподвижен, а затем оживился и вздрогнул, словно вспомнил что-то важное.

– Ах, да! У меня есть для тебя хорошая новость. Нам удалось извлечь из «конвертора» душу Караэля. Когда ты окрепнешь, мы можем приступить к проектированию его нового тела, – Гавриил нетерпеливо постукивал своим посохом о пол, внимательно уставившись на своего брата.

– Это и правда замечательная новость! Караэль мой лучший легионер! Мой друг.

– Да, мой брат. Пойду, сообщу Херувиму, что ты вернулся. Сообщу, что наш мир стал прежним, – Гавриил неспешно развернулся и с улыбкой направился в сторону выхода, оставив брата один на один со своими мыслями.

Шаги оракула были невесомыми и бесшумными. Лишь неизменный стук посоха выдавал его, напоминая, что он ещё не покинул лоно храма.