Достойный сын

 – Вот что мне точно принадлежало, так это чудесный корабль, стоявший в порту этого города, корабль, который ты со своими прихвостнями потопила. Так что ответить на мои вопросы – это меньшее, что ты сейчас можешь сделать, чтобы загладить передо мной свою вину.

– Ты ничего от меня не узнаешь! Мне будто есть дело до твоего корабля. Мы тут на войне. Найди себе другой, если успеешь, и беги на край земли, пока можешь, – ехидно ответила чародейка.

– Этот корабль – подарок моей матери. Второго такого не сыщешь! – сквозь зубы сказал Эйрик.

– Мне будто есть дело до твоей матери шлюхи! – злобно ответила колдунья и плюнула Эйрику в лицо.

Корона на голове Эйрика резко загорелась, ослепив всю камеру яркой алой вспышкой. Колдунья в страхе отпрянула назад. Эйрик схватил руками столик и, издав яростный рык, зашвырнул его в стену. Стоящий у стены охранник только и успел пригнуться. Деревянный столик пролетел прямо над его головой и разлетелся в щепки.

– Все – вон! – как можно спокойней попытался сказать Эйрик.

– И оставить разъяренного викинга наедине с пленницей? – скептически спросил рыцарь.

– Фрааааанк! – закричал Эйрик.

– Господа, на выход, – совершенно спокойно сказал Франк и указал всем на дверь. – Только что бы ты не делал, не ломай кандалы, они необычные, блокируют её волшебство.

Охранники один за другим вышли из камеры. Последними камеру покинули Франк и Ардеус. Франк выдал своим людям новые указания и отправил куда подальше от камеры. Сам же он остался стоять на месте и схватил за шкирку поспешившего ретироваться магистра, притянув его к себе поближе.

– «Ясновидение», сюда! – шепотом приказал он Ардеусу.

– Но сир Эйрик дал ясно понять, что… – шепотом начал отвечать Ардеус.

– А если с ним что-то случится? Что мы будем делать, если Корона окажется в руках у колдуньи? – перебил его Франк.

Ардеус счёл эти опасения разумными и тут же собрал эфирный круг, который сделал кусок стены невидимым. Дрожащая клякса на стене позволяла видеть и слышать всё, что происходило в камере, при этом совсем не выдавая себя, потому что заклинание работало только в одну сторону.

– Ты что, школяр что-ли, сделай пошире, ничего не видно, – потребовал Франк.

Ардеус поднапрягся и усилил своё заклинание. Клякса выросла раза в полтора, и они начали пристально в неё смотреть.

– Знаешь, как обычно говорят, – начал Эйрик, разминая шею, – если учишь бабу уму разуму, не трогай её лицо.