Достойный сын

– Поединок окончен! – крикнул Ардеус. – И надо было вам провоцировать молодого принца, сир Эйрик. Мощи этой короны вполне достаточно, чтобы разрубить вас пополам деревянным мечом. Вы еще хорошо отделались. Надо теперь придумать, как привести вас в порядок.

– Я могу с этим помочь, – откликнулась Терца и подошла к ним поближе.

Она встала напротив Эйрика и вытянула вперед руки. Рядом с ее ладонями сформировался эфирный круг, и Эйрика окутал легкий зеленый туман. Его раны начали затягиваться прямо на глазах, не прошло и минуты, как на нем не осталось и следа от побоев.

– А вы, как я понимаю, лекарь, назначенный настоятельницей Софьей, – обратился к Терце магистр Ардеус.

– Да, меня зовут Терца, – представилась послушница и поклонилась.

– Вы уже можете читать такое сложное заклинание с завидной скоростью, – отметил Ардеус, – это очень похвально. Обычно мои волшебники не спешат, никто не хочет сесть в лужу с развалившимся кругом.

– Нас специально тренируют скорочтению заклинаний, – сказала Терца, – потому что на кону стоят жизни.

– О! Вы используете какие-то особенные методики? – удивился Ардеус. – Никогда не задумывался об этом. Можете рассказать какие, если не секрет?

– Тормозящих настоятельница лупит линейкой по рукам, – ответила Терца и кивнула.

– Ох… – вырвалось у разочарованного магистра.

– Для нас будет честью иметь такого талантливого лекаря в отряде, – сказал принц Альберт и протянул ей свою руку.

Помешкав несколько мгновений Терца пожала руку принцу.

– Я знаю, что от меня, как от нового Героя, пока что многого не ожидают, – продолжил Альберт, – однако я приложу все свои силы, чтобы не доставлять вам лишней работы во время путешествия.

– Как вы вообще умудрились проиграть, обладая таким сильным волшебством? – спросил недоумевающий Эйрик, все еще ощупывающий место на руке, где должен был быть глубокий порез.

Принц Альберт повернулся в сторону Эйрика и протянул тому руку.

– Учти, принц, – сказал он, отряхиваясь, – меня наняли только переправлять тебя, но не защищать. Жертвовать своими людьми ради твоей шкуры я не буду. Если придется биться, то бейся на пике своих возможностей, как сейчас, и не играйся. Я пошел к себе. Мы встречаемся на рассвете. До завтра.

Принц, магистр и послушница лишь молча смотрели уходящему викингу в след.