Не ставший героем

Пока он ел, то не следил ни за осанкой, ни за положением ног. Всё это время они свободно свисали с кровати, и Мистер Икс мог наблюдать их в течение всего пребывания в Комнате. Вероятно, именно это сейчас он и делал. Проводя ладонью по своей шее, будто находя решимость на какие-то действия или слова.

– Мне хочется выразить свою поддержку тебе. Ты позволишь мне это сделать? – выбирает он лучшим вариантом.

– Каким образом?

– Я покажу. – Вставши, похититель собирался было уже подсесть к мальчику на кровать, но тот мигом собрался в колючий комок и выразил чётко своё к тому отношение.

– Нет, я против! – получилось у него очень громко. – Я против… – добавил он более мягко для верности.

– Я понял.

Мистер Икс отступил и вернулся на прежнее место.

– Не злись на меня, пожалуйста… – испугано начал подросток, но похититель не дал ему договорить.

– Ты не должен извиняться. Это я прошу прощения. Мне следовало сперва спросить. Я не хотел тебя напугать. Я лишь хотел выразить участие.

– Ничего, всё хорошо.

 – Ещё боясь выдохнуть, примирился Саша.

Через напряжение, что сгустилось в его теле и окружающем воздухе, он вернулся к ужину. С этого момента скрип его ложки о тарелку оставался единственным, что издавало какой-то звук.

Где-то в высоком небе мирно плывёт луна. В вечной темноте и холоде. Кто её спутник? Ночь. В этом неспокойном лесу, окружившим Колокольцы, в поздний ночной час господствует луна. Её свет останавливается у плотных штор за стеклом и стекает по поверхности окон.

Чёрные шторы охраняют сон Кости от света, но не от того, что сидит в нём самом. Под синим пледом тело напряжено и судорожно. Его будто вот-вот бросит в безоглядное бегство, но если бы всё было так просто… Цепи сна замучают его до десятого пота, до безвольного стона и задержки дыхания, до паники самого его сердца, до слёз, и только потом отпустят. В полном ужасе непонимания глаза Кости раскрываются, ища выход. Он просыпается. Ещё дольше минуты одеяло над ним вздымается, будто двигатель гоночного авто.

– Боже… Господи Боже… – рукой он собирает со лба остывший пот.

Теперь он решает встать с постели. Лучше будет уйти от того места, где было так страшно. Это остатки смятения у него на лице, когда он выходит из спальни. Пожалуй, умыться бы сейчас как раз помогло. Но не в его случае. Отражение хитро. Оно покажет самые потаённые страхи, когда вы останетесь один на один. А те из них, что лежат развороченные, да на поверхности, ему и представлять не надо.