В складках миров и времени

Семейная жизнь в таком её варианте Ивану не понравилась, поэтому сейчас, неся собачку домой, он облегчённо вздыхал, мысленно крестясь.

* * *

– Я бы взял вот это, это и ту хрень, что в той тачке, – сказал Иван, имея ввиду железки и пластик, привезённые ему из Японии.

Знакомые, таскавшие подержанные тачки из Японии, зная интерес Ивана к мотоциклетным кузовным наворотам, попутно возили ему и всякие кузовные излишества.

Японцы, известные любители космических и фантазийных комиксов, свои байки обвешивали не хуже Ивана, и выдумки у них было явно больше.

Склеивая одну «байду» с другой, Иван получал обвесы, даже «чудесатее», чем у «япов». Особенно такие цацки нравились молодежи. Хотя Иван и сам относился именно к этой категории, так как ещё не достиг возраста тридцати лет.

– Ванёк, забирай всё, – гундосил поставщик. – Сам знаешь, как сейчас с доставкой. И тачек мало возим. А из этого и этого можно…

– Не, Санёк. Не потяну всё. Пацаны попросили в рассрочку им тачки слепить… Жду пока денег.

– И у меня возьми в рассрочку… Я подожду.

– И сколько подождёшь?

– Да, отдашь и отдашь. Кому ещё, кроме тебя этот хлам нужен?

– Тогда сбрасывай цену.

Сговорились, и Иван поволок пластмассовые корпуса в прицеп. Возвращаясь в какой-то раз за «покупкой», Иван увидел в открытом багажнике одной из стоявших в боксе машин какой-то агрегат.

– Что это у тебя, Санёк? – Полюбопытствовал Иван.

– А, млять! Сыну подарок вёз. На свалке японской нашёл. К нему если питание подвести, он мигает прикольно и трещит. Что это, не понятно. Один пацан с нами был, компьютерщик, тоже ни хрена не понял. Только посоветовал с малых вольт подключать. Мы до двенадцати дошли.

– И? Что он тут-то лежит, а не дома?

– Жена, чудище, выгнала. Говорит: «И так в доме игрушек…». Я же ему постоянно что-нибудь тащу со свалок автомобильных… В машинах старых игрушек валяется… Да и мал он ещё… Хочешь, возьми. Как бонус. Присобачишь куда-нибудь на байк. Маньяки блескучие штуки любят.

– А ты откуда знаешь? – Засмеялся Иван.

– Сам такой, – рассмеялся Санёк, парень лет двадцати пяти.