Куколка

Не солоно хлебавши вернувшись к приятелю, наблюдавшему эту любопытную сцену со стороны и едва удерживавшемуся от смеха при виде провальных посягательств своего чересчур самонадеянного, разбалованного предыдущими успехами и свято уверовавшего в свою неотразимость товарища, Влад, отдуваясь и качая головой, сконфуженно промямлил:

– Ну и ну! Что за вредная тёлка попалась! Давно таких не встречал. Прям дикая кошка какая-то. Не представляю, как кто-нибудь сможет приручить такую.

– Может и найдётся такой, – с едкой усмешкой, будто радуясь неудаче напарника, проговорил Денис.

– Да и не надо! – замахал руками Влад, будто открещиваясь от какой-то напасти. – Боже сохрани связаться с такой! Всю жизнь потом жалеть будешь, что встретил такое вот чудо.

– Но лихо она отбрила тебя, надо признать, – не без ехидства отметил Денис, посыпая соль на рану друга. – Я уж думал, она либо пошлёт тебя, либо – и такое, согласись, случается – по роже съездит.

– Пусть бы попробовала только, – проворчал Влад, угрюмо взглядывая в ту сторону, где пропала в уличной толкотне взбалмошная девица, нанёсшая ощутимый удар его весьма чувствительному в этом вопросе самолюбию. – Моя рожа не казённая, чтоб первая попавшаяся стерва утюжила её.

Денис хотел было съязвить ещё что-нибудь по этому поводу, но, взглянув на хмурую, расстроенную физиономию приятеля, одёрнул себя и вместо этого предложил:

– Ну, может хватит уже на сегодня этих экспериментов? Двух тёлок ты снял, вполне приличных причём.

Влад скосил на него глаза.

– Ну, себе снял. Теперь тебе надо.

Денис протестующе вскинул руку.

– Э, нет, спасибо! Я очень благодарен, конечно, тебе за заботу. Но не надо. Я уж как-нибудь сам.

Влад снисходительно и, как могло показаться, немного пренебрежительно ухмыльнулся.

– Сам! Знаю я, как ты сделаешь это сам. Сидеть будешь сложа руки, ныть, скулить и вспоминать свою Светочку. И ждать, когда она вернётся к тебе… Только зря ждать будешь.

– Заткнись! – услышал он вдруг напряжённый, придушенный возглас Дениса.

Влад, мгновенно опомнившись, взглянул на друга и увидел его метавшие молнии, горевшие нешуточной злобой глаза, дрожавшие пунцовые губы и судорожно стиснутые кулаки, которые, прозвучи ещё хоть одна неосторожная реплика со стороны не в меру разговорившегося товарища, возможно, были бы пущены в ход.