Пересадочная станция

– Привет, Константин Николаевич! Тут старичка привезли, говорят, в коме… Суворов фамилия…

– Есть такой… только что от него… непонятный случай. Кардиограмма чистая, а по всем признакам, – инфаркт.

– На сердце никогда не жаловался. Ни жиринки…

– Бывает… След на спине, по позвоночнику и по груди у него интересный, как от молнии, что ли. Жена говорит, что раньше не видела. Может его током ударило?

– Костя, а можно одним глазком?

Костя, друг детства по школе, посмотрел на Семёнова.

– Пошли… Не наигрался в шпионов ещё?

– Да какие шпионы, Костя? Сослуживец бывший.

– А на что смотреть хочешь? Что-то знаешь?

– Да откуда? Любопытно просто…

Они дошли до реанимационной. Начмед отдал Семёнычу свой халат, который едва прикрыл Семёнову спину, и остался в коридоре.

Семёнов, зайдя в палату, увидел Бориса, лежащего на каталке.

– Магия, – сказал «Подкидыш».

– Сам чую, – сказал Семёнов принюхиваясь. – Как будто палёным пахнет, но наоборот.

– Так и есть. Вот она, руна эта, – разум высветил руну.

– Так…, а обратная? Противоядие? – Семёнов уже сам пролистал руны и нашёл то, что надо. – Ну и как? Чем рисовать то? Пальцем?

Он стал водить пальцем…

– Ты потихоньку, – сказал разум. – Потом можно воздухом поддуть, добавить, если мало будет. А если много, может не выдержать…

– Знаю, – сказал Семёнов, завершая комбинацию черт.

Борис вздрогнул и приоткрыл глаза. Семёнов подул на него сверху вниз, от головы и ниже.

Глаза Бориса раскрылись шире и он посмотрел на Семёнова.

– Колдуешь? – Просипел он. – Попить бы… Этот… похоже всех наших… двадцать один человек… с бригадиром… кончил. Исчезли они… И машины… того…

Семёнов выглянул в коридор.

– Очнулся, – сказал он Константину. Тот метнулся в палату, на ходу срывая с Семёнова халат и выталкивая его в коридор. Жена Бориса кинулась к Семёнову, схватила за плечи, и заглядывая в глаза, едва шевеля дрожащими губами, спросила.

– Что? Как он?

– Будет жить, наш Боря, будет. Всё нормально.

* * *

Некоторых Бориных «топтунов-шептунов» Семёнов знал. Он обзвонил их, но все они были «вне зоны доступа». Сидя в своей квартире Семёнов понимал, что дело принимает нежелательный оборот.

Как он знал от Бориса, объект водили двадцать профессионалов. И эти двадцать человек единовременно исчезли на глазах сотен людей. И никто на это не обратил внимание.