Араб Пётр Великий

 – На хрена мне твоя жизнь?!

* * *

Поневоле пришлось купаться. Я был уделан в чужой крови, как свинья.

Наведя порядок на «Санта Люсии» и предав погибших по-морскому закону водной пучине, мы вернулись в Кабу-Фриу.

Я вёл свой караван в Кабу-Фриу, потому что знал, что здесь находится форт и дровяной склад. И должны были находиться какие-то европейцы, но их здесь не оказалось. Больше ничего о Кабу-Фриу я не знал.

Побережье скрывало очень солёное и очень большое озеро. С морем озеро соединялось мелководной вытекающей из него во время отлива протокой.

Во время дневного прилива мы перетянули по ней свои шлюпки и с их помощью организовали его предварительную разведку. В озеро впадало несколько рек. В устье ближайшей реки стоял ещё один форт, но тоже заброшенный.

То, что мы на берегу встретили индейцев, можно было бы назвать случайностью, но это не была случайность. Они каждый день приходили на берег к полудню, в надежде, что придёт «белый корабль» лесозаготовителей, и, наконец, встретили нас.

Индейцы называли себя «тупи». За десять лет общения с португальцами они неплохо освоили язык и вполне сносно общались с нами. Мы угостили их оставшимися сухарями, а они наловили нам десять корзин крупных креветок. В озере. Прямо возле берега. Я был поражён.

В ловушки, представлявшие из себя плетёные из лиан конические конструкции, была засунута подобранная на берегу гнилая рыба и ракушки. Сами ловушки были занесены в озеро на глубину около двух метров.

Через полчаса корзины были полны. Не ловушки, а корзины. Все десять штук.

Я ел креветки сырыми. В своё время меня случайно накормили ими, и я даже «перетемпературил» сутки, но остаток отпуска уплетал их живыми без последствий.

Эти креветки были прародичами тех, а экология сейчас, вроде, как получше, поэтому я даже не сомневался, есть, или не есть.

Остальные тоже не побрезговали и корзины опустели в считанные минуты. Мы все выжили, хотя кого-то и пронесло, но скорее всего не из-за креветок.

Народ мой, в основном, находился в ослабленном состоянии. Всего мы привезли сто двадцать девять переселенцев.

Индейцы тупи вели полуосёдлый образ жизни. Они жили там, где выращивали маис, потат и бобы, где охотились, а охотились они везде. И огороды разбивали везде. Их лёгкие домики-шалаши, как потом оказалось, были разбросаны по джунглям тут и там. Везде, где мы ходили мы находили их хижины.